Книга Ангел с разбитыми крыльями, страница 126 – Янина Логвин

На лице Леоне по-прежнему не отражается никаких чувств, когда он продолжает рассказ, пока я пытаюсь взять себя в руки, не в силах оторвать взгляд от фотографий, на которых почти невозможно узнать Еву, настолько она избита и иссечена кровоточащими порезами.

— Я случайно достал эти снимки, их давно нет в отделе судебной медэкспертизы, но у Фальконе достаточно недоброжелателей в Неаполе, чтобы кое-что сохранить, если за это хорошо заплатят.

Они сделаны три года назад сотрудником медицинской полиции в госпитале, куда Еву доставили после дорожной аварии, во время которой она якобы вылетела через лобовое стекло. Одному из дежурных врачей показалось странным, что у поступившей без сознания девушки на шее следы удушения, нет нижнего белья, явные следы насилия и гематомы по всему телу. А также следы от огнестрельных ранений и многочисленные порезы, не соответствующие одежде.

Но в больничной выписке, которую я нашел в картотеке пациентов, уже ничего похожего не упоминается. Сказано лишь о нестабильном психологическом состоянии пациентки, панических атаках и депрессии, сменяющих друг друга, вызванных аварией и возможным приемом наркотических веществ.

— Ложь! — не выдерживаю я. — Ева слишком любит дочь, чтобы рисковать своей жизнью!

Карлос сдержанно кивает.

— Лечение в госпитале оплатил Лоренцо Фальконе. Он же и избил Еву, других объяснений нет. Для всех, кто его окружал, не было секретом, что он помешан на своей любовнице и ревновал к ней собственную тень. Судя по слухам, в тот день он застал ее со своим братом и охранником, после чего первому отрубил руку, а второго застрелил.

Человек Фальконе, с которым я общался, подтвердил, что Гвидо был в числе парней, изнасиловавших Еву в шестнадцать лет, и не раз хвастался этим за спиной Лоренцо, обещая дождаться момента, когда она ему надоест. Ева боялась и сторонилась обоих братьев, так что можно с уверенностью сказать, включая характер ран на фотографиях, что снова имело место насилие.

— Чёртовы ублюдки! — я срываюсь, только силой воли не смяв фотографии, хотя это и стоит мне труда. — Видит Бог, я доберусь до обоих и, клянусь, мир будет чище без этих мразей!

— Гвидо мертв, — сдержанно сообщает Леоне. — Лоренцо убил его вскоре после исчезновения Евы. Сложно сказать, что случилось между синьориной Соле и старшим из братьев Фальконе в их последнюю встречу, но с тех пор у него шрам на щеке и парализована половина лица. Он ищет ее по обвинению в нападении и краже. Продолжает искать всё это время, нанимая частных детективов, и последние сведения не обнадеживают.

— Адам, — вновь заговаривает Селеста. — Лоренцо Фальконе — жестокий психопат с маниакальной зависимостью. Ева для него — предмет вожделения и ненависти, больной страсти, вот что я хочу сказать. Он не успокоится, пока не найдет ее и не заставит заплатить за свои, как он считает, страдания. Но хуже то, что он её, похоже, уже нашёл….

Ева

Почему я не почувствовала опасность? Как могла отпустить от себя Марию?!

Её нигде нет. Ни в школьном классе, ни в учебных коридорах, по которым я бегу, захлебываясь от слез, ни в школьном дворе.

Я ищу свою дочь и не могу найти. Зову.… «Мария! Мария!»…. и не слышу ответа. Кричу, как безумная, открывая двери, расталкивая людей и врываясь в классы. Трясу учителей, но никто не понимает, что происходит.