Книга Сокол и Чиж, страница 38 – Янина Логвин

— Переулок Федосеева, девушка. Приехали.

Я зашевелилась. Уже? Надо же, чуть не уснула. Дернула за ручку — заперто.

— С вас за проезд.

— Чего? — опешила.

— Обычный тариф плюс десять процентов ночных. Итого… — и бац сумму! Озвучил, значит.

— А разве Тимур не договорился, что сам оплатит?

Мужик обернулся и глянул косо. Ну и типчик! Волан-де-Морт с усами!

— Кто такой Тимур?

— Ну, Тимур! Хозяин кафе-бара «Маракана»! Откуда вы меня подобрали. Он сказал, что вызовет такси.

— Вызов был, оплаты не было. Конечный адрес действительно не тот, что был в заказе, но кто вас, ночных пассажиров, поймет. Первый раз, что ли.

— Ну вот, видите…

— Так, девочка! Только не пытайся меня развести на деньги! — и этот рычит. Развернулся и кулачище на спинку сидения хрясь! Брови к переносице хмысь! И ни одного сомнения, что зло проснулось. Жаль не знаю заклинания, как материализовать волшебную палочку, а то бы защищалась. — При муже или жене один адрес называете, мне — другой, а я с вами всеми играть должен?

— Да я правду говорю! — попробовала объяснить подозрительным писком. — Хотите, позвоним ему прямо сейчас? Он точно…

— Не хочу! Я с тобой полночи по городу кататься не собираюсь, мне работать надо! Так, уважаемая, будем расплачиваться? Или я вызываю подмогу? Учти, у нас контора солидная, все по-серьезному. Не понравится, могут и накостылять, не посмотрят, что в юбке. Вас — молодых да наглых только так и нужно жизни учить!

Ну и дене-ек. И почему я не удивляюсь своей бестолковости? Ведь действительно села и не спросила. Так кто же мне виноват?

— Не надо никого звать, я расплачусь, — потянула сумку на колени и полезла за кошельком.

— Во-от. Другое дело.

— Зря, что ли, целый вечер впахивала на празднике чужой жизни, — вздохнула. — Как раз заработала.

— А вот это меня уже не интересует.

— Кто бы сомневался.

Пока шла к подъезду и поднималась пешком на седьмой этаж, все думала: интересно это только я одна такая невезучая на весь белый свет Чижик или еще похожие дурищи есть? Так хочется хоть кому-нибудь поплакаться в жилетку, чтобы тебя выслушали и пожалели. И я поплакала немножко, как настоящий оптимист, пока никто не видит. Нет, правда, утерла кулаком слезы. В конце концов, я же живой человек, а они все надо мной смеются. Даже таксист.

Не стала я лезть под душ. И ужинать не стала. Просто разделась, надела любимую пижаму с Мики Маусом, плюшевые носки, достала из-под кровати матрас и улеглась спать. Утро вечера мудренее, чем не про Фаньку сказ? А Сокол, ну что Сокол. Не быть нашему прЫнцу Иванушкой-дурачком — вон каким красавчиком развязным в баре сидел в обнимку с принцессой-лягушкой. Такие даже в сказках высоко летают. Надеюсь, хоть свет догадается не включать, когда вернется, довольно с меня издевательств.

Подумала, и тут же уснула, коснувшись щекой подушки.

* * *

Сокол

— Вика, зая, посмотри на парочку за соседним столиком и на нас. Улавливаешь разницу?

— Хм, не очень. А что?

— А то. Они по жизни вместе, а мы — нет.

— Не понимаю. Артем, ты к чему ведешь?

— К тому, что в прошлый раз у нас с тобой проблем не было, а сегодня, кажется, будут.

— Ты такой смешной… — и снова эти кокетливые ужимки, которые я терпеть не могу.

— Да неужели? И почему я считал тебя понятливой? Ты весь вечер лезешь на меня, как будто страдаешь от чесотки, а я единственное средство спасения. Я говорил, что не люблю этого? Солнце, тебя что, трахнуть некому? Я уже сказал «нет», хватит меня уламывать, я не девочка.