Книга Секретный ингредиент Маргариты, страница 101 – Лия Джей

— В депрессию скоро впаду я, если мне сейчас же не дадут выпить!

Королева сдвигает с прохода Пашу и уверенным шагом направляется на кухню. Всю дорогу до дома Воронцовых она активно с кем-то переписывалась. Наверное, с очередным «режиссером» с сайта знакомств. Не получилось раскрутить его на свиданку в «Cloud 9», видимо, пошла запивать горе.

Паша отпускает Афанасия, и тот, стуча копытцами, бежит за Викой. Визгливо похрюкивает, а я в сотый раз убеждаюсь, что богатых не понять. Вот кто в здравом уме, будучи успешным предпринимателем, ездящим заключать сделки во Францию, заведет себе дома свинью? Еще и свитерок для нее закажет!

Воронцов помогает мне убрать тренч в шкаф. Я тем временем любуюсь его широкой спиной. Ой, то есть с презрением пялюсь на этого выпендрежника и думаю, что в доме не так жарко, чтобы он ходил без футболки. Видимо, уже не один бокал выпил. Присмотревшись, замечаю между лопаток подвеску-перышко. Наверное, перекрутилась, пока Паша ловил минипига. Подхожу ближе и перекидываю ее вперед. Застываю. Между нами десять сантиметров, один миг и последняя капля разума. Хочется уткнуться ему в шею, запустить руку в густые кудри, вдохнуть поглубже пряный запах шоколадного печенья. И укусить его.

В голове истерично мигает красным кнопка WARNING. Ты только зашла в его дом, Марго-Текила, а уже плывешь, как дешевая помада на солнце! Соберись!

Делаю резкий шаг назад. До Воронцова полметра, так-то лучше.

— Покажешь дом?

Не уверена, что это тактичный вопрос для гостя, но мне нужно как-то отвлечься и согнать с лица румянец, прежде чем войти в холл, где собрались остальные ребята. К тому же мне правда интересно посмотреть, чем еще может похвастаться семейство Воронцовых, помимо эксклюзивного «Мерса» и шикарного пресса их сына.

Список оказывается длинным. Ванна с джакузи и зеркальным потолком, домашний кинозал с новейшей стереосистемой, гостевая комната с личным санузлом, уютная домашняя библиотека с коллекционными изданиями — и это только на первом этаже.

— Не знала, что врачам так хорошо платят.

— Отец работает в частной клинике. Там зарплаты выше, чем в государственных. Раза так в два.

Паша останавливается у лестницы и проводит рукой по перилам, кажется, из кедра. В проеме между этажами сверкает люстра, состоящая из множества маленьких белых птичек. Крепления прозрачные, и создается впечатление, будто птицы парят в воздухе, как настоящие.

— А вообще, у него основной доход с инвестиций. Успел вовремя вложиться, когда курс доллара был низким. Этот дом — тоже своего рода инвестиция. Хотели его отделать и перепродать. Но вот пригодился. После развода мы с папой сюда переехали, а мама в квартире на ВДНХ осталась.

— Скучаешь по ней?

Паша опирается спиной на перила и опускает взгляд. Нервно потирает браслет часов. Я становлюсь напротив у стены. Хочется сказать ему какие-то слова поддержки, признаться, что у меня в семье тоже не все гладко. Что я росла в страхе получить ремнем за четверку по контрольной. Что в панике прятала телефон под учебник каждый раз, когда отец заходил в комнату проверить, как я делаю уроки. Что закрывалась в ванной, когда он отслеживал по трафику сети, что я открывала мессенджеры в учебное время, и делала вид, что не слышу, как они с матерью спорят, стоит ли меня за это лишить сладкого на две недели или всего на одну.