Книга Двойные неприятности для бывшего, страница 49 – Катя Озерова

Арсению намного сложнее. Он каждый раз оглядывается — доволен ли его папа или нет. И я сам виноват в этом, так же, как и мой отец. Я невольно вложил в сына мысль, что внимание и любовь нужно заслуживать. Но я обязательно исправлю это. Арсений будет таким же свободным и веселым ребенком, как и Миша.

— Присядем? — показываю отцу на стол у окна.

— Я неприятно удивлен, если честно. — Он садится за стол и складывает руки домиком, смотрит на меня поверх них с укором.

Но на меня это все больше не действует.

— Ничего, переживешь, — устраиваюсь напротив и закидываю ногу на ногу.

— Тебя как будто подменили, — отец поджимает губы.

— Дело в том, что я наконец-то очнулся.

— Я понял, в чем дело! Ты встретил эту… свою бывшую, и она снова прополоскала себе мозги. Помню, каким был ты в прошлый раз. Еле тебя откачали после нее.

— Да уж, — горько усмехаюсь и смотрю в окно.

Мишка тащит Арсения в сторону горки, Аля бодро следует за ними. Ее взгляд встречается с моим, я вижу в нем тревогу. Неужели она переживает, что я могу поддаться отцу? Нет, малыш. Теперь я с вами.

— Если бы вы позволили нам с Алей спокойно жить, если бы ты не дергал меня по каждой ерунде, не слал в эти дерьмовые командировки, а мать не пилила бы Алю, пока я не видел, — она бы не ушла.

— То есть ты все ответственность хочешь переложить на нас?

— Нет. Ну что ты. Я, конечно, сам виноват. Нужно было ее искать и возвращать. А так мне пришлось очень много времени потерять.

— Глупости! Радоваться надо было, что избавился от нее. Пацан твой?

— Конечно, мой.

— И что ты собираешься с этим делать?

— А что мне нужно с этим делать? — спрашиваю с вызовом.

— Вы расстались семь лет назад. Не собираешься же ты возвращаться. Пацана надо забирать в Москву, учить нормально.

— Забирать? — складываю руки на груди и качаю головой. Ишь что удумал.

— Конечно. А какие варианты?

— Гораздо интереснее твоих. Я остаюсь здесь, — ударяю кулаком по столу, — занимаюсь своим проектом. А ты в Москве — как хочешь. Можешь сам, можешь помощников себе нанять. Я возвращаться не собираюсь.

— Да ты спятил, что ли? — отец повышает голос так, что посетители за столиками вокруг нас замолкают.

— Я вышел из-под твоего контроля.

— Вот, значит, как? А ты не думал, что я могу лишить тебя всего?

— Ну, допустим, всего ты меня лишить не можешь. У меня свои капиталы имеются.

— Без поддержки семьи ты никто.

— Именно это ты мне внушал всю жизнь, но это неправда. Без семьи я, как ни странно, гораздо более счастливый человек. У меня целых два сына, отец. И оба меня любят.

— Посмотрим, как надолго тебя хватит, — отец нетерпеливо поднимается на ноги. — Да ты через месяц завоешь в этой глуши и поджав хвост в Москву вернешься!

— Вряд ли, — улыбаюсь. — Хорошо тут. Воздух чистый, люди добрые.

— Можешь ерничать сколько хочешь. Да только будет так, как я сказал! — отец разворачивается и уходит, даже не оглянувшись.

У него в приоритете всегда было оставить за собой последнее слово, и он себе не изменил. Ну что ж, это его выбор. Остается без сына и без внуков.

Я проследил в окно, как делегация из внедорожников развернулась и уехала прочь. Пару минут посидел в тишине, восстанавливая внутреннее равновесие. Ни приезд отца, ни его слова не испортили этот прекрасный день. Я иду смотреть, как мои сыновья катаются с горки и, может быть, даже прокачусь вместе с ними. Мне должно понравиться, со стороны это смотрится весело.