Книга Двойные неприятности для бывшего, страница 52 – Катя Озерова

Поэтому я широко улыбаюсь будущим свекру и свекрови и предлагаю прогуляться к озеру — может, хоть там свое мрачное настроение проветрят.

— В лес только не ходите, волки утащат, — шутит Тимур.

Бероев-старший закатывает глаза — юмор сына ему поперек горла.

— Деда! — В Лавровича врезается Арсений — весь запыхавшийся, с красными щечками и спутанными волосами.

— Привет, внук, — Лаврович строго глядит сверху вниз. — Как дела? Как учеба?

— Лето, деда, нет учебы! — Арсений довольно улыбается и вытаскивает из кармана сложенный листик бумаги, протягивает бабушке, — Это тебе, ба. Я решил, что буду художником.

— Кем? — Бероев-старший прижимает ладонь к груди в районе сердца.

— Художником! — повторяет Аксений громче, чтобы бабушка с дедушкой точно знали, что не ослышались. Бероевы-старшие переглядываются.

— Тимур, — хрипит Ринат Лаврович.

— Мне папа разрешил, — сразу ставит жирную точку в разговоре Арсений. За полгода он научился стойкости у Мишки и теперь легко отражает нападки деда.

— Первый художник в семье. Круто же, будем все вместе гордиться, — с явным наслаждением подтверждает Тимур.

— Арс! Ну что ты застрял? — к нам подбегает Мишка. Рубашка из штанов вылезла, галстук где-то потерян, в руках рогатка. — Пошли по голубям стрелять, там их штук десять. Я уже собрал банду!

— По голубям не надо, — подзываю сына и аккуратно поправляю на нем одежду. Забираю у него рогатку. — Идите лучше перекусите, вы же с утра ничего не ели. — Голуби нам нужны живыми, нам еще их выпускать.

— Ну ладно, — сын расстроен. Вздыхает и переводит взгляд на деда, кривится. — Привет, дед.

— Привет, внук, — Лаврович складывает руки на груди. — А ты кем решил стать? Тоже художником? Или, может, танцором?

— Нет, — Мишка засовывает руки в карманы, задирает подбородок, — я буду бизнесменом, как папа!

— Неплохо, — дед уже заинтересованно гладит бороду пальцами. — Я тебе завод из Lego привез.

— Из Lego? — Миша разочарованно разводит руками. — А настоящий подарить нельзя было? Что ты зажал, а?

— Маловат еще для настоящего. Как вырастешь — вот тогда и приходи, поговорим про завод.

— Ладно, — Мишка пожимает плечами. Хватает брата и тащит того к голубям.

Дед после встречи с Мишкой как-то даже оживился. Впервые с момента приезда улыбается.

— Я ему Мишку не отдам, — шепчу я Тимуру на ухо.

— Не переживай, — усмехается Тимур. — С Мишиным характером он деда в бараний рог скрутит. Лет через десять — так точно.

— А там кто? — Бероев-старший кивает на мой еще плоский живот.

— Девочка, — отвечаю, накрывая малышку ладонью.

— Тоже неплохо, — Лаврович призадумывается.

Я уже вижу, как у него в его голове шестеренки крутятся. Прикидывает уже, как мою крошечку куда-нибудь пристроить получше для блага семьи. Я эти браки договорные знаю. Но нет — до нее они не доберутся!

Совсем скоро к нам подходит организатор свадьбы и напоминает о церемонии. Тимур спешит к арке, а меня берет под руку отец. Мама поправляет платье и фату, вручает красивый букет. Мишка с Арсением вызываются нести шлейф длинной фаты.

— Ты только не наступи на нее, — учит Арсений брата.

— А ты не дергай, — шепчет Мишка в ответ.

Оба серьезные и собранные. Маму же замуж за папу выдают.

Я медленно дышу, держу ладонь на животе, успокаиваюсь. У нас с Тимуром все очень хорошо, и свадьба эта — красивая формальность. Но я тем не менее безумно волнуюсь.

— Все будет нормально, доча, — папа подбадривает меня и под музыку ведет под руку прямо к Тимуру, передает ему мою ладонь. — Береги ее и люби, — дает напутствие.

Тимур взволнованно кивает:

— Обещаю.

Сжимает мои ладони в своих. Мы произносим клятвы, целуемся за букетом. Мишка с Арсением осыпают нас лепестками роз.

Тимур подхватывает меня на руки и несет по дорожке. Гости поднимаются и хлопают, бросают в нас рис и розовые лепестки.

Мы кружимся с Тимуром в танце, с его губ не сходит сияющая довольная улыбка. Я знаю: за эти полгода он ни разу не пожалел о том, что переехал сюда из Москвы. Он стал совершенно другим — более расслабленным, счастливым. Перестал гнаться за деньгами и престижем. Очень много времени проводит с сыновьями. И ждет дочь, чтобы носить ее на руках, так же, как и маму.

— Люблю тебя, жена, — целует меня нежно у всех на глазах.

— И я тебя, муж.