Книга Черный лебедь, страница 112 – Злата Тур

— О, Харитон! Как ты, дружище? Потерпи. Найдутся твои хозяева. Кормят тебя хорошо? — скрипнуло кресло, очевидно возмутившись крупногабаритности гостя. В ответ раздалось сиплое мяуканье. Кот!! Кирилл в ужасе понял, что с его аллергией на кошек остаться незамеченным не удастся. И как последний гвоздь в крышку гроба — он узнал голос. Без сомнения, это был Рогозин. Именно с ним он обсуждал требования к телохранителю Анны. Кирилл почувствовал, как холодный пот заструился по позвоночнику.

— Ну, я пойду. Не скучай, — слова Рогозина зажгли огонек надежды.

Человек встал, шаги послышались в прихожей. Однако радость несанкционированного арендатора шкафа была преждевременной. С момента внедрения туда он уже чувствовал себя не в своей тарелке. Глаза начали слезиться, будто в них сыпанули песка. Горло запершило, в носу началось характерное жжение. И, несмотря на все титанические усилия, он громко чихнул. Что и повлекло за собой неотвратимые последствия. В мгновение ока Рогозин оказался возле шкафа.

— Руки за голову и выходим, иначе продырявлю по всей площади, — угрожающе скомандовал он. Притворяться молью или мужиком, ждущим трамвая, было бессмысленно, поэтому Кирилл послушно покинул убежище.

— Ты кто?

— Командир. Тут такое дело…, — Кирилл хотел что-нибудь сплести про то, что был у любовницы, и как в анекдоте, приехал муж. Однако фантазии его не суждено было развиться, потому как Рогозин тоже узнал голос.

Пазл сложился.

— У любовницы, говоришь, ну-ну. В российской тюрьме ты сам любовницей станешь. Где Глеб и Анна? — угрожающе спросил он. И видя, что визави собирается изобразить святое неведение, тут же остудил его вдохновение.

— Слышь, ты. Аль-Сучино хренов! Считаю до трех и начинаю простреливать тебе по очереди коленные чашечки, потом яйца. Если ты такой мученик за идею, то третий — четвертый выстрел и ты труп. Где Штольцев? — он щелкнул предохранителем пистолета.

— Вы не посмеете! Я гражданин Италии, — Кирилл пытался не показать животного страха, который липкими путами обволакивал все тело.

— Назови хоть одну причину, по которой твоя целость для меня будет представлять интерес? Поверь, как спрятать труп еще и твоей мафии мастер-класс покажу.

Рогозин выстрелил в пол. Аккурат между щегольскими носами дорогих туфель.

— Последний раз спрашиваю — по-доброму сообщаем или нет?

— На заброшенном паркинге, там автомастерская, в Зеленограде. Игнат Леший заправляет. Можно я платок достану, у меня аллергия, кажется? — И засунув руку в карман, он нажал на висевшую смс-ку — «отправить»

— Ты чего там, сучоныш, делаешь? А ну доставай!

Как ни в чем ни бывало Кирилл достал платок и приложил к носу.

Рогозин потом ругал себя последними словами за то, что не выпотрошил ублюдка вверх ногами, как Буратино.

Оказалось, что личность Лешего широко известна в узких кругах, поэтому координаты мастерской сразу были озвучены. И группа захвата, соревнуясь в скорости с смс-кой, тут же помчалась по указанному адресу.

— Моли Бога, чтоб с Глебом все было в порядке. Иначе я тебя там же пристрелю. Вперед, — и Рогозин от души пнул доморощенного мафиози.

Рогозин выскочил на улицу, нелюбезно подталкивая взашей пленника. Достав из бардачка наручники, приковал его к двери. Взревел мотор, и машина рванулась из двора. Однако вылетев сквозь арку, она остановилась, как вкопанная. Рогозин, еще не обработав сигналы мозга, рефлекторно ударил по тормозам. Боковым зрением он увидел в машине Анну.