Книга Служанка, страница 74 – Злата Тур

— Все равно не вижу логики. Допустим, мой отец, действительно, сделал то, о чем ты говоришь. Допустим! Тогда ты понимаешь, что с тобой никто церемониться не стал бы! Повторяю вопрос. Ради чего ты ввязалась? — Барковский чеканил слова, будто полицейский при задержании. «Любое слово может быть использовано против вас». А у меня не было ни запасного плана, ни сколько-нибудь вразумительного ответа.

Но прикидываться невменяемой тушкой — тоже не вариант.

Божечки! Хочу, чтоб Тим мне поверил! Ну пожалуйста! Пожалуйста!!

Зависаю на несколько секунд и выдаю истинную правду, правда замешанную опять и на моих интересах, и на интересах настоящей Ани.

— Если Славинские не получат эту расписку, они будут разорены и уволят меня. А мне нравится на них работать. Нравится жить в теплой и солнечной Италии и вести хозяйство без напряга.

Очевидно, мой ответ показался логичным, морщина на лбу Тима разгладилась, и я физически почувствовала, что он снова мне поверил. И только я вздохнула с облегчением, как поняла, что угодила в еще большую ловушку.

— Сейчас мы поедем к Славинским. Я хочу выяснить все детали.

«Черт бы тебя побрал, Барковский! Как ты себе представляешь встречу папы со своей «служанкой»?

Глава 29

Сейчас он меня спихнет с рук, как пронырливую кошку, и потащит в машину. Однако вместо этого он нежно погладил по голове, скользнул ладонью по шее, выпустив тем самым на волю немыслимый рой сладких мурашек. И снова его рука касается моей спины, будто изучая. И я чувствую, что разрываюсь между жгучим желанием замурлыкать в блаженстве и необходимостью принять какое-то решение, чтоб не провалить все дело. С невероятным сожалением я должна была наступить на горло удовольствию и что-то придумать.

Тимофей уже поверил мне безоговорочно, потому что знает — нельзя соврать о том, что выяснится в течение ближайшего времени. А я поверила ему. Если бы он был «в деле» с папашей, то не было бы этого разговора. Теперь появилась надежда, что Барковский — старший под давлением Тима откажется от претензий. Деньги деньгами, но не атрофировались же у него человеческие качества? Выглядеть подонком в глазах сына — это ужасно.

Осталось мне под конец не облажаться. А у меня сейчас похоже есть все шансы для этого. Мысли лихорадочно завертелись, будто взбесившаяся карусель.

«Думай, Агуша, думай!» — подстегиваю я себя. И Бинго! Сильно надеюсь, что это уже апогей моего вранья и больше мне не нужно будет вертеться, как уж на сковородке.

— Тимофей?! — помимо воли в моем голосе появляются вопросительные нотки, и Барковский иронично улыбается.

— Ты проверяешь, не забыла ли, как меня зовут?

— Нет! Просто я не могу с вами ехать!

На мгновение я ощутила, как от Тима повеяло холодом. Ну до чего ж он быстро реагирует! С ним, как на вулкане! Одно слово и все, понеслась.

Я опережаю его раздраженный вопрос и выпаливаю, чуть ли не автоматной очередью.

— Я не могу с вами ехать, потому что официально уволена. Славинские мне выдали выходное пособие, и я типа уехала домой в надежде, что все образуется. А по факту я здесь. Шпионю, — я смущенно улыбнулась, пытаясь растопить кристаллики льда в его глазах.

Тим отстранился от меня и потер висок.

— Ты меня с ума пытаешься свести? Ты хочешь сказать, они не в курсе, что ты здесь? — льдинок становилось все больше, поэтому я торопливо воскликнула.