Книга Давай притворимся, страница 65 – Э. Сальвадор

Но потом думаю о ее улыбке, именно такой, какая сейчас играет на лице. Небольшая, не сдержанная, а томная. Дружелюбная. Она творит с моим сердцем самые странные вещи. Я обычно не зацикливаюсь на мелочах, но сейчас чувствую это, я вижу, как сам начинаю быть одержимым желанием снова и снова ее увидеть.

— Хочешь поесть? — я поднимаю бумажный пакет и картонный подстаканник

— Не верится, что мы это делаем, — она распахивает дверь шире, пропуская меня внутрь.

— Поверь, — я прохожу мимо, слышу, как закрывается дверь, и вот Анна предстает передо мной и направляется в сторону гостиной.

Я в ее квартире третий раз, и каждый раз подавляет обстановка. Глупо так себя чувствовать из-за лампочек и цветов, но все здесь ощущается странно настоящим. Есть тепло, которе не в силах объяснить. Это сбивает с толку, учитывая, что здание и крошечная квартирка — старые и потрепанные.

Она плюхается на диван, а я устраиваюсь рядом. Анна заостряет внимание на нашей близости. После прошлой ночи это должно было бы меньше всего ее беспокоить, и, раз уж собирается быть моей фальшивой девушкой, нужно привыкнуть делить пространство.

— Чайно-имбирный пряничный латте, — я протягиваю стакан, делая вид, что прикосновение ее пальцев не заставило живот сжаться. Беру стакан и бросаю подстаканник на кофейный столик. — Только без странностей.

— Спасибо, и я не веду себя странно, — она поджимает под себя ногу и поправляет очки на переносице. — Просто... осмысливаю.

Я открываю бумажный пакет, протягиваю бейгл с завтраком, прежде чем взять свой.

— Что ж, осмысливай быстрее. Встреча с отцом состоится уже сегодня, и он уже подозревает, что отношения ненастоящие

Анна недовольно на меня смотрит.

— Ну, так оно и есть, ненастоящие, — она зажимает стакан между бедер, отворачивает пергаментную бумагу и одобрительно постанывает. — Но можем сделать вид, что фальши никакой нет. Просто нужно подготовиться. Не знаю, насколько твой отец дотошный, но...

— Так же дотошен, как и мама, — я делаю маленький осторожный глоток черного кофе, затем зажимаю стакан между бедер. — Они зададут множество вопросов: как мы познакомились, как долго длятся отношения, в каком направлении планируем двигаться дальше. Брак и...

— Ни хрена себе, — у нее отвисает челюсть. — Брак? — она откусывает огромный кусок от бейгла и довольно быстро жует. Я прячу ухмылку. — Твои родители ненормальные. Я-то думала, мои плохи. Прости.

— Знаю, — я заворачиваю пергаментную бумагу обратно, дунув на дымящийся бейгл, прежде чем откусить. Не понимаю, как она не обожглась. — И все в порядке. Они не ждут, что я женюсь в ближайший месяц, но хотят, чтобы это произошло с Флоренс.

Анна откусывает еще раз, жует быстро, и я наблюдаю, как из ее рта вырываются клубы пара.

— Ты спалишь себе язык. Помедленнее, — я усмехаюсь.

— Мне нравится, когда еда очень горячая. Знаю, это странно, но если она не горячая, то не могу полностью насладиться.

Теперь понятно, почему она так быстро ела в «Незнакомцах». Я был слишком занят самим фактом ее присутствия, чтобы вдуматься.

— С этого момента позабочусь, чтобы твоя еда оставалась горячей.

— Как трогательно. Звучишь уже как бойфренд, — саркастично замечает она, снова поправляя очки на переносице. — Итак, вопрос..

— Ответ.