Книга Тень Сицилийского ястреба, страница 112 – Полина Каминская

— Я… я просто пил кофе, — пролепетал он.

— Кофе кончился, — отрезал Маттео, выходя на свет. — Начинается время ответов. Имена, Элио. Кто заказал график передвижения Владлены?

Через десять минут, когда Элио, обливаясь потом, уже стоял на коленях в подсобке, правда начала всплывать кусками.

— Это Марчелло… и адвокатская контора «Греко»! — хрипел старик. — Они угрожали мне! Сказали, у них есть рычаги воздействия…

— У тебя нет семьи, Элио. Не лги тому, кто знает дату смерти твоей матери и адрес сестры, которую ты не видел десять лет, — Маттео присел перед ним на корточки. — Ты просто захотел денег. И продал то, что тебе не принадлежало.

В этот момент Маттео почувствовал странное жжение в груди. Он думал о Владлене, которая сидела в машине всего в тридцати метрах от него. Он чувствовал, как его «холодный расчет» дает сбой. Каждый раз, когда он смотрел на дрожащего предателя, он видел не просто врага, а потенциальную угрозу ее улыбке.

«Я должен был зачистить поле раньше, — думал он. — Слабость — это не чувства. Слабость — это позволить чувствам влиять на скорость нажатия на курок».

— Забери его, Рик, — скомандовал Маттео, поднимаясь. — В подвал особняка. Пусть Сильвия проверит каждый контакт из конторы «Греко». Завтра там будет встреча. И мы на ней будем почетными гостями.

Когда они вернулись домой, особняк встретил их тяжелым молчанием. Маттео зашел в комнату к Владлене уже глубокой ночью. Она не спала — сидела у окна, кутаясь в теплый кардиган.

— Он жив? — спросила она, не оборачиваясь.

— Жив. И очень разговорчив, — ответил Маттео, останавливаясь у двери.

— Ты стал другим, — она наконец повернулась. В ее глазах была не обида, а печаль. — Сильвия права, я — твой якорь. Но в том море, где ты привык плавать, якоря только тянут на дно.

Маттео подошел к ней, сокращая расстояние до минимума. Его руки все еще помнили холод перчаток и дрожь предателя, но голос смягчился.

— Якорь не дает кораблю разбиться о скалы во время шторма, Владлена.

— Или мешает ему уйти от погони, — парировала она. — Кто следующий? Марко Валле?

Маттео замер. Откуда она знала имя? Вероятно, услышала обрывки разговора Сильвии и Джулио.

— Да. Марко Валле. Он — «руки» этой операции. Если Элио был бумагами, то Марко — это логистика. Но тебе не нужно об этом думать.

— Не нужно? — она встала, глядя ему прямо в глаза. — Ты думаешь, что, скрывая от меня грязь, ты сохраняешь меня чистой? Ты просто делаешь меня слепой. А слепые умирают первыми.

Маттео коснулся ее щеки. Его пальцы были прохладными, пахнущими дождем и металлом.

— Я не дам тебе умереть. Даже если для этого мне придется превратить этот город в пепел.

— Это и пугает меня больше всего, — прошептала она, прижимаясь лбом к его плечу. — Цена, которую ты готов заплатить.

Маттео не стал расспрашивать Владлену, в какой именно момент Сильвия успела назвать её якорем.

Он даже не изменился в лице, когда услышал это слово. Только на долю секунды его взгляд стал тяжелее, глубже, будто где-то внутри захлопнулась массивная железная дверь.

Дверь закрылась мягко, почти бесшумно.

И в ту же секунду с лица Маттео исчезло всё человеческое.

Не медленно. Не постепенно.

Просто маска, которую он держал ради неё, сорвалась, и под ней осталось только ледяное, глухое бешенство.