Книга Тень Сицилийского ястреба, страница 24 – Полина Каминская

— Значит, я права. Весь этот светский приём был лишь прикрытием.

Его лицо стало жёстче.

— Владлена.

Он произнёс моё имя предупреждающе. Низко. Тихо.

Но я уже не могла остановиться.

— Вы собрали в доме десятки людей, чтобы спрятать то, что на самом деле здесь происходило? Или наоборот — чтобы выманить его? Кто он? Враг Маттео? Один из ваших? Полицейский? Предатель?

Рик отставил чашку.

— Может, задашь эти вопросы Маттео? — в его взгляде мелькнула усмешка.

— Он мне не станет отвечать.

— И с чего ты взяла, что я стану?

Я опустила взгляд на свою тарелку. Омлет давно остыл. Внезапно мне стало смешно от абсурдности происходящего: я сижу за дорогим кухонным столом, передо мной завтрак, за окном солнечное утро, а рядом стоит человек, который вполне спокойно обсуждает со своей пленницей ночную охоту на неизвестного мужчину.

Хотя нет.

Я не была пленницей.

Я была добычей.

— Иногда ты похож на нормального человека, — сказала я тихо. — Который не похищает людей. И не убивает никого.

Рик рассмеялся.

Но смех получился фальшивым. Слишком резким. Слишком пустым.

— Если я проявляю человечность, это не значит, что я не способен убивать или калечить, — он наклонился чуть ближе, и его голос стал холоднее. — Особенно если меня достают тупыми вопросами.

Я должна была испугаться.

Наверное, часть меня испугалась. Сердце ударило в рёбра, ладони стали влажными. Но другая часть — та, что устала быть запертой, переставляемой с места на место, лишённой права знать хоть что-то о собственной судьбе, — вдруг подняла голову.

Я посмотрела ему прямо в глаза.

— Тогда не притворяйся, что ты лучше остальных.

Его усмешка исчезла.

На кухне стало так тихо, что я услышала, как где-то в доме хлопнула дверь. Далеко, на другом конце коридора. Потом — шаги. Несколько голосов. Итальянская речь, отрывистая и глухая.

Рик не обернулся.

Он продолжал смотреть на меня.

— Ты не понимаешь, о чём говоришь, — сказал он наконец.

— Так объясни.

— Нет.

— Потому что не можешь? Или потому что боишься?

Это было глупо. Опасно. Почти самоубийственно.

Я поняла это сразу после того, как сказала.

Глаза Рика потемнели. Он медленно выпрямился, и вся его усталость будто исчезла, уступив место чему-то гораздо более привычному для него: угрозе.

— Слушай внимательно, Владлена, — произнёс он. — В этом доме есть вопросы, которые лучше не задавать. Есть двери, которые лучше не открывать. И есть люди, о которых тебе лучше не знать вообще. Не потому, что мы такие загадочные. А потому что знание здесь редко делает жизнь длиннее.

Я сжала край стола пальцами.

— Мою жизнь и так не назовёшь свободной.

— Свобода и жизнь — разные вещи.

— Для вас, может быть.

Он усмехнулся, но теперь в этой усмешке не было ни капли веселья.

— Для всех.

Я хотела ответить, но в этот момент в кухню вошёл один из охранников. Тот самый, который вчера стоял у моей двери. Он был бледен, губа рассечена. Он быстро сказал что-то Рику на итальянском.

Я поняла только имя.

Маттео.

Рик резко изменился. Взгляд стал собранным, злым. Он бросил на меня короткий взгляд, словно решал, можно ли оставлять меня одну, потом оттолкнулся от столешницы.

— Сиди здесь, — приказал он.

Я горько усмехнулась.

— А если не буду?

Он остановился в дверях.

— Тогда очень скоро поймёшь, что я сегодня в плохом настроении.