Книга Акцентор, страница 140 – Вероника Десмонд

Мои губы растягиваются в злой усмешке, когда я приближаюсь к ней.

— Мне не нужно притворяться, я никогда не боялся быть собой. А еще я никогда не думал, что могу скучать по кому-то. Я скучал по тебе, когда ты была так близко. Это агония. Ты мое наказание, Эль.

— Но ты ни разу…

— Что? Я тысячи раз хотел забрать тебя. Я следовал за тобой, как гребаный пес на поводке. Я давал тебе пространство. Я, блядь, не мог услышать это еще раз.

…Уходи.

…Уходи.

…Уходи!

В моих ушах звенит, когда я вспоминаю ее испуганный голос.

Она кусает свою губу, моя рука тянется, чтобы убрать мокрые волосы с ее лба. Элеонор снова вздрагивает при моем прикосновении, потому что я действую на нее так же, как и она на меня.

— Мне нужны ответы, Аарон. Мы были знакомы с тобой до Кингстона?

Я замираю, мой голос ожесточается:

— Что ты вспомнила?

Примечание:

Выученная беспомощность (англ. learned helpless-ness) – концепция в психологии, описывающая психическое состояние, при котором живое существо не ощущает связи между своими действиями и их результатами. В состоянии выученной беспомощности индивид, испытывающий неудобства, боль и тому подобные негативные факторы, не предпринимает попыток к улучшению своего положения, хотя имеет такую возможность.

Элгин, Шотландия.

Тень.

Аарон стоит передо мной, как демон из адских ям.

Мой мозг даже не нуждается в галлюцинациях, потому что, забрав меня в свой замок с привидениями, дьявол пытается украсть мою душу.

Вероятно, он снова хочет залезть ко мне в голову, а мне надо успокоить свои мысли. Даже несмотря на тот факт, что я стою перед ним абсолютно обнаженная. И физически, и внутренне.

— Я помню всего лишь небольшие фрагменты, – отвечаю я растерянно. – Школу, занятия музыкой. Сад со статуями ангелов. Прятки.

— Прятки, – странный блеск в его глазах делает мое дыхание рваным и неглубоким. – Мне всегда нравилось наблюдать за борьбой моей маленькой добычи.

Я прочищаю горло, а затем спрашиваю:

— Чего ты хочешь?

— Тебе стоит сузить запрос, ангел. Зона моих интересов довольно обширна.

— Что ты хочешь от меня?

Его пальцы делают паузу, прежде чем возобновить движение, и он отвечает с поразительным спокойствием:

— Тебя в моей жизни. Меня в твоей. Исключительно. Эксклюзивно.

— Эксклюзивно. Я не могу себе представить, чтобы такой человек, как ты, может нуждаться в ком-то. Боже правый, не смеши меня. Я слышала много слухов о том, что происходит в клубе. О том, каким образом ты удовлетворял свои больные извращения. Не отрицай, что тебя не интересуют хаос и анархия.

Легкая улыбка растягивает его губы, и на секунду я теряюсь в собственных мыслях. Капли воды стекают по его обнаженной коже. Я невольно опускаю взгляд на твердые мышцы его тренированного тела и татуировки, которые оживают вместе с его движениями.

Моя температура поднимается.

Святой ад.

Он и вправду дьявольски красив, но все знают, что душа Кинга – это могильная земля, в которой ползают черви. Но это не так.

Черт возьми, это неправда. Он удивительный монстроподобный засранец.