Книга Белый Шиповник и Черные Ягуары, страница 126 – Ольга Консуэло

Но оказалось, что нет, и списки можно посмотреть. Вот только они оказались довольно объемными, да еще и сгруппированы были не в общем алфавитном порядке, а по факультетам и отделам.

— А можно я друзей позову, а то тут очень много? — робко поинтересовалась Кита.

— Конечно, зови, только пусть ңе шумят, — легко разрешила ана Лармен.

Заверив её, что шуметь никто не будет, Кита позвонила Инсе и Терду, а Терд по пути в канцелярию позвонил Ренцу. Инса не очень хотела звать последнего, но Терд её убедил, что в данном случае лишние глаза и руки не помешают.

Просмотрев списки для надежности целых три раза, друзья убедились, что никакого Герңисио Рентальо в них нет. Кита на всякий случай попросила списки за пpошлый год, пояснив, что надо проверить, вдруг всё-таки «двоюродный дядя» работал тут раньше. Ана Лармен заверила её, что никто из преподавателей кроме ректора за прошедший год не увольнялся, но списки дала. Однако Гернисио Рентальо не было и в них.

Поблагодарив ану Лармен, расстроенная компания вышла из канцелярии и направилась к стадиону, где устроилась на одной из скамеек, чтобы обсудить ситуацию.

— Ну, и что вы об этом думаете? — снова первым начал Терд.

— Он всё-таки как-то сюда пробирается, используя темную магию, — снова высказала свою идею Кита.

— Или живет под другим именем, — предположила Инса.

— Это вряд ли, — возразил Ренц, — ведь магические дипломы содержат отпечаток ауры, их не подделать.

— Это если он тут преподает, — не согласилась Инса, — но есть ведь и обычные сотрудники.

— А еще, он мог и официально имя сменить, — добавил Терд, — это же не запрещено, просто не очень удобно, приходится всё время помимо дипломов и прочего предъявлять документ о смене имени.

— Это да, — согласилась Инса, — но ведь есть и исключения, например, у нас в Аллиумии жертвам семейного насилия все документы государство переделывает, как будто они изначально на новое имя выдавались.

— Даже школьные? — удивился Терд.

— Да, — подтвердила Инса.

— Но ведь можно узнать, что такой человек, который под новым именем, в той школе не учился, — продолжал парень.

— А ему и не дают документы той школы, где он учился на самом деле. А сведения из тех, которые дают, полностью подтверждаются архивами выдавшего их учреждения. Это как по программе защиты свидетелей. Но мы отвлеклись. Хотя, а вдруг этот Гер был свидетелем какого-нибудь жуткого преступления и попал в эту программу, мало ли, чего только в жизни не бывает.

— И как мы это узнаем? — приуныл Терд.

— Я попрошу дядю Нула выяснить, — ответил Ренц.

— Α он станет выяснять для нас такие вещи? — удивилась Инса. — Вдруг это и правда связано с программой защиты свидетелей?

— Ну, если связано, то вряд ли он нам расскажет, — согласился Ренц, — но сам-то он эту информацию получит и сможет что-нибудь предпринять, так что всё равно это будет не напрасное обращение.

— Да я и не возражаю, — ответила Инса, — других-то идей у нас всё равно нет. Эх, опять придется ждать, — тяжело вздохнула она.

Ждать пришлось не слишком долго — уже в среду после обеда Ренц появился у них со сногсшибательной новостью: дядя Нул заверил его, что Гернисио Рентальо давно умер, погиб двадцать три года назад во время усмирения сильной песчаной бури на границе Большой Бартастанской пустыни.