Книга Белый Шиповник и Черные Ягуары, страница 169 – Ольга Консуэло

— Мало я ему врезал! — от злости у Ренца даже голос окреп.

— Не волнуйся, ему хватило, синяк под глазом был виден вполне отчетливо, — рассмеялась Инса. — Так что ты оставил яркий след в его жизни, мой герой!

— Значит, я герой? — заинтересованно уточнил Ренц.

— Конечно, — подтвердила Инса.

— А герою положена награда, правильно?

— Дай угадаю, лучшая награда для пострадавшего ради дамы своего сердца героя — её поцелуй.

— Ну разумеется. Настоящий праздничный поцелуй, никак не меньше.

С этими словами Ренц закрыл глаза и забавно вытянул губы трубочкой.

— Ишь, кақой хитрый! — лукаво прищурилась Инса. — Настоящие праздничные поцелуи полагаются только здоровым героям, способным сопроводить даму своего сердца в такое место, где им никто не помешает.

Услышав такой недвусмысленный намек, Ренц распахнул глаза, засиявшие от предвкушения как два изумрудно-зеленых фонаря, и с улыбкой коварного обольстителя поинтересовался:

— Означает ли это, моя прекрасная ана, что завтра после обеда вы готовы прогуляться со своим героем в какое-нибудь уединенное место, где он сможет получить заслуженную награду?

— Οзначает, — благосклонно кивнула Инса. — Главное, чтобы к тому времени герой достаточно хорошо себя чувствовал для прогулок.

И надо ли говорить, что к нужному моменту герой действительно себя чувствовал достаточно хорошо?

Со среды Ренц возобновил тренировки, так что с Инсой они снова стали видеться только после ужина, а в пятницу и вообще смогли пообщаться только в течение тех недолгих минут, которые понадобились, чтобы дойти от общежития бытовиков до ворот университета.

Но вызванное этим обстоятельством легкое огорчение было быстро вытеснено радостным предвкушением встречи с родными, которых Инса не видела уже целых два месяца.

Они действительно весь конечник провели с братом в парке, накатавшись и на каруселях, и на качелях. Инсе даже было немного неловко перед мамой, что она не смогла в этот день позаниматься с малюткой Сертом. Так что утром воскресенья она решительно заявила, что теперь очередь мамы с Белом пойти погулять, а она с удовольствием посидит с младшим братом. Икен попытался предложить свою помощь, но Инса отказалась — Серт был достаточно спокойным ребенком и играть с ним было одно удовольствие.

Для посещения стадиона, на котором будут проходить соревнования стихийников, праздничные наряды не требовались — всё равно все будут в верхней одежде, поскольку стадион, пусть и магически защищенный от непогоды, всё-таки не отапливался, а бартастанская зима, хотя и была очень и очень мягкой, но всё же зимой. Α значит, тратить время на подбор одежды не было нужды. И кроме того, поскольку ан Хексенто настоял, чтобы в это воскресенье участники соревнований тренировались дважды: с утра и после обеда, то и торопиться в университет не было необходимости. Поэтому Инса с друзьями договорились отправиться обратно пятичасовым поездом, и она провела дома большую часть воскресенья, так что успела не только поиграть с Сертом, но и рассказать о том, как развиваются её отношения с Ренцем, маме, искренне переживавшей за «этого славного молодого человека, который в тебя так трогательно влюблен».

И мама, и Бел, и Икен заверили Инсу, что на Йоль приедут в ЦМУ обязательно. Бел взял на работе выходной, мама уже договорилась с няней, которая должна была сидеть с Сертом, а Икену ради такого случая разрешили пропустить школу.