Книга Сумрачный волкодав и Проклятая фея смерти, страница 10 – Ольга Консуэло

— Нет, мы не успели, господин Хундграхт, — виновато вздохнул дежурный, — не было свободных магов-экспертов.

Впоследствии Мьюр не раз и не два прокручивал в голове тот день, проходил его шаг за шагом, пытаясь понять, можно ли было избежать такого исхода. И каждый раз приходил к выводу, что такой возможности не было. Поехать арестовывать Вигюрбьёрг с утра не получилось, потому что спецгруппа была на задержании большой партии «пыльцы бледной поганки» — магически обработанного наркотика, вызывавшего яркие приятные видения, а также практически неснимаемую зависимость. Это, разумеется, было намного важнее задержания одной-единственной подозреваемой, которую к тому же абсолютно все считали уже почти, если не полностью магически опустошенной. Значит, руководство однозначно не разрешило бы направить спецгруппу на задержание Вигюрбьёрг раньше, чем был бы решен вопрос с «пыльцой». Да и наложить дополнительную защиту на камеру Юусгримссона сразу же, как Мьюр направил постановление, тоже не получилось бы, ведь маги-эксперты действительно были заняты. Вернее, если бы хоть кому-нибудь пришло в голову, что Вигюрбьёрг может наложить на него проклятие, свободный маг, разумеется, нашелся бы. Но о такой возможности никто, включая Мьюра и этих самых магов-экспертов, и не подозревал, поэтому, строго говоря, даже если бы Мьюр позвонил в следственный изолятор и напомнил о защите, ничего бы не изменилось. Наверное. А может быть, всё-таки, если бы он позвонил, дежурный бы решил, что стоит кого-то отвлечь от других дел и направить в камеру Юусгримссона. А может быть, и нет. Или да. Или всё-таки нет.

Эти бесконечные размышления полностью поглотили Мьюра, погружая в уныние всё глубже и глубже, пока в конечном итоге он не оказался в принудительном отпуске на излечении в санатории. И единственное, что его утешало в эти тяжелые месяцы, было то, что Вигюрбьёрг отправилась на Лаунтские остова не просто в ссылку, а в тюрьму на пожизненное заключение.

Как всякий пес-оборотень Мьюр любил поспать подольше, поэтому разбудивший его в первый же день после приезда в Фокунни в начале одиннадцатого утра телефонный звонок Хундграхта предсказуемо не обрадовал. А уж услышанное от нового шефа господина Вейндрурссона — тем более.

— Я знаю, что у вас еще почти неделя отпуска, господин Хундграхт, — извиняющимся тоном начал Вейндрурссон, — но дело в том, что буквально полчаса назад в Кьярриню обнаружили труп, предположительно ребенка. Криминалист, патологоанатом и один из оперативников уже выехали на осмотр места, и мне бы хотелось, чтобы вы сразу же подключились к этому делу. Ни один из следователей сейчас не сможет полноценно за него взяться, поскольку после того, как госпожа Льюнсунтиг объявила о своем уходе, я уже не поручал ей новых дел, распределяя всё между другими сотрудниками.

— Кьярриню же на восточной окраине? — хриплым со сна голосом уточнил Мьюр.

— Да, я понимаю, что вам неудобно будет самостоятельно туда добираться через весь город, а полиц-мобиль уже повез на место других участников осмотра, но я могу послать за вами старшего оперуполномоченного ОРППО* [Отдел расследования преступлений против оборотней] Кина Хундракура, которого я также направил на это дело, он вас довезет.