Книга Сумрачный волкодав и Проклятая фея смерти, страница 41 – Ольга Консуэло

— Она жива, — ответила та. — Артефакт-жинеопределитель снова ничего не показал, но на этот раз я смотрела очень долго и всё-таки дождалась проблеска жизненной энергии. Ну и сейчас гораздо теплее, чем месяц назад, конец марта всё- таки. А температура окружающей среды, как мы в прошлый раз убедились, имеет значение. Скорую помощь мы уже вызвали

— Броса приедет? — спросил Трур.

— Да, — подтвердила Альви.

— А Кин где? — на всякий случай уточнил Мьюр.

— Окрестности осматривает, очередного собачника, обнаружившего жертву, он уже опросил, — пояснил Дайерс.

— А ты, кстати, откуда здесь? Сегодня же вроде не твое дежурство? — удивился Трур.

— А мне Легейса позвонила с утра и предложила сменами поменяться: у нее младший заболел, а оставить не с кем. Ну и хорошо, что так вышло — всегда лучше, когда в похожих случаях один и тот же человек осмотр проводит.

— Пожалуй, — кивнул Мьюр и поинтересовался: — Ну и что вам удалось обнаружить?

— Да всё то же практически: связка ключей, только на сей раз в левом кармане и игрушка в руках, но не кукла, а медвежонок плюшевый, довольно большой, вот он, кстати, — и Дайерс приподнял мешок для улик, который держал в правой руке, продемонстрировав бежевого плюшевого медвежонка высотой сантиметров тридцать.

— Девочка — оборотень с ипостасью тигра, — вступила Альви. — Видимых телесных повреждений нет, под ногтями чисто. Собственно, и на этот раз, на руках у девочки были перчатки, осмотрев кисти рук, я надела их обратно. Руки были сложены на груди так же, как в прошлый раз, но поскольку медвежонок намного больше куклы, он был не зажат в одной руке, а прижат обеими руками к груди.

— A Урслин тоже вызвали? — спросил Мьюр.

— Да, — кивнула Альви. — Она должна быть уже с минуты на минуту.

И точно — не успела повисшая пауза стать по-настоящему неловкой, а маг-эксперт уже к ним присоединилась. Стремительной походкой Урслин подошла к собравшимся и, не теряя времени, замерла рядом с лежавшей на земле девочкой и закрыла глаза.

Мьюр же на этот раз сам смотреть не стал, всё равно определять следы присутствия оннурвера он не умел. Вместо этого Хундграхт, как будто случайно, подошел поближе к Альви и замер, вдыхая ни с чем не сравнимый волнующий запах своей единственной. Пусть это были всего лишь мгновения, но они были поистине восхитительными.

— Увы, — печально вздохнула Урслин, открывая глаза, — хотя в этот раз мне удалось заметить следы тенгилюра, но получить слепок ауры не вышло — слишком они слабые.

— Может, и вы посмотрите? — спросил у Альви Мьюр.

— Я? — словно бы удивилась та. — Действительно, почему бы и нет, всё равно нам еще Бросу ждать.

Мьюр закрыл глаза вслед за Альви и, когда она начала свой поиск, сосредоточился не на разлетевшихся тусклых искорках, а на открывшейся ему ауре женщины. Конечно, мерзкий ком проклятия никуда не делся, но сама аура показалась Мьюру прекрасной: такие чистые оттенки серебристого и голубого встречались только у самых сильных и преданных своему делу целителей. И он вновь почувствовал пронзительную боль от того, что эта чудесная женщина так страдает. Ему так хотелось хоть чем-то помочь, позаботится о ней, но он не мог решиться. Снова поверить женщине, открыть перед ней свое сердце — это было выше его сил. Но как же это было тяжело!