Книга Искушение. Мой непокорный пленник, страница 46 – Виктория Виноградова

— Больно ты много понимаешь, — насупилась я, отворачиваясь и демонстрируя, что не желаю продолжать этот спор.

Мы с Измейдой никогда не питали друг другу теплых чувств, и даже если бы я помогла бы вовремя одернуть глупую рабыню, это ничего бы не изменило.

Но приходилось признать, что отчасти Маркус прав. Я слишком легко сдаюсь. Не решаюсь сама подходить к тем, с кем не знакома лично, боюсь сказать что-то не то и из-за этого предпочитаю молчать.

Моя тетка тоже не принадлежала к кругу аристократов, но ей хватало смелости вести себя с богачами как с равными.

— Ее до сих пор пускают в приличное общество? — донеслось за моей спиной.

Можно было не сомневаться, о ком идет речь.

— Говорят, она давно промотала все деньги, оставленные тетушкой, и едва сводит концы с концами, — продолжали шушукаться.

— Как ей только совести хватает…

Окончание фразы я не услышала, потому что Маркус шепнул, что мне не за чем слушать чужие пересуды, и предложил отойти в другое место.

Мы переместились на противоположный край ложи, но я продолжала ловить на себе неодобрительные взгляды собравшихся. Конечно, далеко не все высказывали презрение в мой адрес. Были и те, кто относился ко мне нейтрально, либо просто не обращал внимание.

Я перестала понимать зачем пришла в амфитеатр. С чего решила, что смогу найти здесь заказы? Кому я тут нужна?

Хотелось бросить все и сбежать, но это дало бы еще один повод для сплетен в мой адрес. Так что приходилось делать вид, что я получаю искреннее удовольствие от происходящего, улыбаться, раскланиваться и мысленно просить Далара о скорейшем окончании мероприятия.

— Боже, какое симпатичное платье, — ко мне подлетела госпожа Миления — моя давняя клиентка, жена известного модного парфюмера. — Привет.

Я облегченно улыбнулась. Миления — одна из немногих, кто относился ко мне с симпатией. Ее не интересовало мое положение, статус и сколько я зарабатываю. Добрая светлая девушка, чуть наивная, легкая в общение. В этом сборище аристократов Миления была для меня спасительной отдушиной.

— Привет, ты тоже изумительно выглядишь. Как Юлис?

Еще недавно этот Юлис был моим воспитанником. Его привел Толстый Фог, наряду с другими рабами. Я сразу заприметила парня, и сама предложила его госпоже Милении, зная ее предпочтения.

С мужем у нее были странные отношения. То они временами жили душа в душу, демонстрируя образец идеальной семьи, то супруг уходил в творческий запой и тогда Миления искала развлечений в чужих объятиях. Измены в империи не поощрялись, но на рабов это правило не распространялось. Считалось глупым ревновать к прислуге. Так что подобным было не удивить. Сейчас у Милении был очередной этап разлада в семье, и чтобы отвлечься, она с удовольствием переключилась на смазливого раба.

— Все как ты и говорила, — она наклонилась ко мне ближе, — Я давно не встречала таких любовников. Представляешь, он может по несколько раз за ночь! Это что-то! Да так резво, с такой страстью, что порой мне кажется, что мои крики слышны на соседней улице. А что он творит своим языком… — Миления зажмурила глаза.

— Как я и говорила: за милой внешностью скрывается настоящий искуситель, — мне было приятно, что я смогла порадовать клиентку удачно подобранным рабом.

Мы немного поболтали с ней о Юлисе, обсудили некоторых знакомых, я рассказала про только что произошедший инцидент с супругой владельца терм. Милению история весьма позабавила, она любила подобные сплетни.