Онлайн книга «Разбитое сердце узурпатора. Часть 1»
|
— Ты сам ослеп, старый гуй! — наступала на него Гусян, не обращая внимания на то, что перед толстяком ее маленькая хрупкая фигурка смотрелась как муравей перед коровой. — Куда столько льда и имбиря сыплешь в молоко? Ты что, не знаешь, что барышням в определенные дни нельзя холодное и острое?! Положите мед, разогрейте как следует и давайте сюда, пока я твоим же ножиком тебе полпуза не отмахала! Я с трудом сдержала смех. И одновременно слезы. Гусян… не меняется. Она и в прошлой жизни постоянно воевала с этим гневливым поваром. Но как-то мирилась, и когда погибла — он единственный не побоялся открыто ее оплакивать. — Гусян, — позвала я. — Оставь господина в покое и иди сюда, ты мне нужна! — Скажи спасибо барышне! — Тонкий пальчик грозно помахал перед носом ошарашенного мужчины, прежде чем мелкая буянка гордо фыркнула, развернулась и поскакала ко мне, как радостный щенок: — Барышня! Гусян здесь! Гусян готова вам небо достать! — Не надо небо, — невольно засмеялась я, быстро утаскивая служанку в сторону темных аллей. — Беги быстрее домой, возьми повозку и охрану, скажи, я велела. Дело очень срочное! Отправляйтесь в деревню у горы Жунюй, найдете там мастера Шень Цинфана. Передай ему такие слова… Глава 23 Ван Июй Я загнал лошадь почти до пены. Если честно, она имела полное право сбросить меня где-нибудь на полдороге и уйти жить спокойной крестьянской жизнью, но бедное животное терпело. Наверное, чувствовало, что всадник сейчас не в том состоянии, чтобы проявлять благородство. Я выехал из столицы еще до заката и к текущему моменту уже обошел всех лекарей, которых знал. Каждый из них говорил одно и то же. «Сложные роды…» «Переношенная беременность…» «Нужно ждать…» Ждать. Я стиснул зубы так, что заныла челюсть. Ждать — это значит сидеть рядом и смотреть, как умирают жена и ребенок близкого друга. Лошадь резко фыркнула, когда впереди показались ворота столицы. Стражники лениво переговаривались, но, увидев мой герб на перевязи, быстро распахнули створки. Я только махнул рукой и вылетел за город. Дорога к горе Жунюй вела неровная и темная, но мне было все равно. Луна уже поднялась над холмами, серебря дорожную пыль. Я гнал лошадь быстрее, чем следовало, потому что в голове билась только одна мысль. Если я снова опоздаю… Дом мастера Шень Цинфана я нашел сразу. Маленький дворик, травы под навесом, бамбуковый забор — все как и рассказывали. Только самого мастера не было. Я слез с лошади и постучал в ворота. Через минуту из соседнего двора вышел старик с фонарем. — Доброй ночи, господин. Кого-то ищете? — Доброй ночи. Да, я ищу мастера Шеня. Старик опустил фонарь, с помощью которого придирчиво осматривал мое пропыленное ханьфу, и вздохнул: — Опоздали вы, господин. Мастер уехал еще вечером. У меня внутри что-то неприятно сжалось. Как уехал?! Куда?! Я сделал шаг вперед. — А вы не знаете куда? — В столицу вроде… Я замер. — С кем? Старик почесал подбородок. — Повозка какая-то приехала. Девчонка прибежала — шумная, как сорока. Кричала, что дело жизни и смерти, что какой-то госпоже срочно требуется помощь. Смешная сорока, все сама себя за левое ухо дергала и подпрыгивала от нетерпения, пока мастер собирался. Что?! Сама себя за ухо и подпрыгивала? Перед глазами как живая встала смешная девчонка, увивавшаяся вокруг моей жены почти всю прошлую жизнь. Так и суетилась, пока ее за какую-то провинность не забили палками. Ли Илинь тогда уже была в опале и не смогла помочь своей служанке. Да она и не знала, что той назначили наказание, сама была заперта в допросной. А потом стало поздно. Помню, она тогда еще сказала, что это на моих руках кровь невинной девочки и что она никогда мне ее не простит. |