Онлайн книга «Экземпляр номер тринадцать»
|
— Ты не чужая, Делия — раздался мягкий хриплый голос за моей спиной и в комнату вошел статный широкоплечий мужчина лет сорока — Ну что ты, девочка? Ты мне самая родная. И думать не смей, что станешь мне обузой. — Вир Драг, значит — прищурившись, прошипела ведьма и, вдруг ахнула — Аделина, ты ослепла, что ли? Ты отдашь ему дочь?! — А Вы кто, позвольте спросить? — неожиданно резко спросил вир, подозрительно глядя на бабушку. — Вир Драг, это… — начала было я, но была прервана родственницей. — Я сестра Аделины, вира Ада Адаль — холодно представилась красавица и смерила мужчину полным ненависти взглядом — Родная тетка Делии. — Ах, вот оно как — хмыкнул мужчина — Но, как я догадываюсь, отношения у вас не особо теплые, раз вира Адаль завещала мне стать опекуном Делии. — Она… сглупила. — Ничуть — прошелестела мама — Все продумано, Ада. Опекуном Делии станет он. — Аделина! — Разговор окончен. Я…. — и тут она захрипела и забулькала горлом. Густая, черная кровь толчками полилась на впалую худую грудь, пачкая простыни. — Мама! — заверещала я и была тут же поймана сильными мужскими руками, прижавшими мое лицо к своей груди. — Не смотри, девочка моя. Все-все! — Пустите меня! — билась я в стальных тисках рук — Пустите! Мама! Мамочка! — Делия, тише… — Пустите же! Но меня силком выволокли на улицу и, не давая опомниться, погрузили в коляску, стоящую на дороге у нашего дома. Следующие дни я практически не помню. Я так сильно плакала и билась в такой истерике, что лекари настоятельно рекомендовали мне каждый час принимать успокаивающий элексир. В результате, ко дню похорон матери я уже плохо что соображала. Находясь где-то на грани снов и яви, я еще ощущала тягучую пустоту и щемящую боль, но не находила в себе сил ни выплеснуть их со слезами, ни принять. Я помню серое небо и мелкий, противный дождь. Помню как с удивлением рассматривала подол черного суконного платья, каким-то чудом оказавшегося на мне. Но в упор не могла вспомнить кто и когда одел его на меня. Лишь неясные образы, которые бросали в брезгливую дрожь, да тихий хриплый голос где-то за гранью моего сознания уговаривал меня: « Ну расслабь ручки, Делия…вот так… И давай я поправлю на моей девочке юбочку…» Звуки земли, падающей на деревянную крышку гроба, буквально били меня по ушам. Я всхлипнула и мерзляво поежилась под тонким шерстяным плащом, укутавшем мои плечи. — Замерзла, девочка моя? — тут же хрипло прошептал мне в ухо знакомый голос — Сейчас пойдем домой, да? Я уложу тебя в постельку… — Не надо — просипела я, дергаясь, словно от удара — Я не хочу… — Лекарь сказал, что ты еще очень слаба. Надо побольше спать. Мы же не хотим, чтобы ты разболелась? — облил меня сиропом вир и его толстые губы, будто случайно задели мое ушко. — Я уже здорова — замотала головой я — Я не хочу! — Конечно хочешь — хрипел мужчина, уже не таясь потираясь носом за моим ухом — Я же знаю, как девочки хотят… Но ты не волнуйся. У нас впереди так много времени! А к совершеннолетию и ты узнаешь… Я подожду… Я умею ждать…Я столько лет тебя ждал… Меня буквально окатило волной омерзения и липкого, тягучего ужаса. Я снова дернулась, но мои плечи оказались крепло сжаты сильными мужскими руками, которые буквально обжигали прямо прямо через ткань. |