Книга Снежный Лотос для Небесного Судьи, страница 73 – Ан Синьи

Его губы коснулись моей шеи. Горячие, требовательные поцелуи-укусы прокатились по коже. Один, второй, третий… Шан Гуань двигался вверх, к чувствительной точке за ухом. Мое тело предало меня. Вместо того чтобы оттолкнуть, я выгнулась навстречу, судорожно вздохнув.

— Ты сама этого хочешь, – прошептал он, чувствуя мой отклик. Его рука на моем бедре сжалась сильнее, подтягивая меня еще ближе, почти усаживая на колени. – Я слышу, как бьется твое сердце.

— Нельзя… – Мой голос был слабым, как шелест листьев. – Твоя рана… если мы продолжим… отток ци убьет тебя.

— Какая сладкая смерть… – Шан Гуань поднял голову. Его глаза стали черными провалами. – Поцелуй меня, Лин Юэ. Дай мне то, что обещала своим взглядом.

Он потянулся к моим губам. Я смотрела на него, и мир вокруг сузился до его глаз. Мне хотелось этого. Безумно хотелось забыть про медицину, про проклятия, про культ, только раствориться в этом огне, позволить Ледяному Дракону сжечь меня дотла.

Его рука скользнула выше, касаясь груди сквозь тонкий шелк. Это стало последней каплей. Я поняла, что еще кшана, и я не смогу остановиться, и тогда он действительно пострадает. Целитель и алхимик во мне победили женщину.

— Прости, – шепнула я.

Моя рука, которая все это время была свободна, молниеносно метнулась к его шее. Я знала строение тела лучше, чем кто-либо. Точка Фэн-чи, точка ветра и сна. Я резко нажала, вливая импульс ци. Шан Гуань дернулся, его глаза расширились от удивления.

— Ты…

Его хватка ослабла, рука соскользнула с моего бедра, голова бессильно упала на грудь. Он не потерял сознания полностью, я не хотела вырубать его, но его тело временно онемело, лишившись возможности двигаться. Он глухо и бессильно зарычал.

— Ты играешь с огнем, женщина… – прохрипел он, пытаясь поднять руку, но мышцы не слушались.

— Я спасаю тебя от самого себя, – сказала я, быстро выбираясь из его объятий. Мои руки тряслись, дыхание сбилось, губы горели от призрачного поцелуя, который так и не случился.

Я заставила себя вернуться к делу. Быстро, пока Шан Гуань был обездвижен, я дочистила рану. Вытянула остатки серого тумана, наложила густую, пахнущую мятой мазь и забинтовала спину чистым полотном. Шан Гуань наблюдал за мной из-под полуприкрытых век. В его взгляде смешались ярость, обида и восхищение.

— Ты жестока, – пробормотал он, когда я закончила и помогла ему лечь на живот.

— Я лекарь, – ответила я, убирая флаконы. – Иногда лечение бывает горьким.

Поправила одеяло, укрывая мужа до пояса. Моя рука на кшану задержалась на его плече. Мне хотелось поцеловать его, утешить, сказать, что тоже этого хотела, но я знала: одно касание – и он найдет силы перебороть оцепенение.

— Спи, муж мой. Завтра рана затянется.

— Ты убегаешь, – холодно произнес он.

— Да, потому что если я останусь… мы оба пожалеем об этом утром. – Я наклонилась и быстро, почти невесомо, коснулась губами его виска. – Спокойной ночи.

Развернулась и почти выбежала из покоев. Спрятаться в его служебном покое я не могла: когда оцепенение спадет, он туда явится в первую очередь. Прошла через дверные проемы комнат в коридор и направилась в дальнее гостевое крыло, где жила некоторое время после того, как меня переселили из Бамбукового Павильона. Туда, где были крепкие двери и холодные стены, которые помогут мне остудить пожар в крови. За спиной из глубины хозяйских покоев донесся глухой, полный разочарования и обещания рык: