Онлайн книга «Диагноз»
|
— Это твой бывший Якорь? — Якорь, — Тери поднял голову. — Говоришь, я красивый? А для неё я никогда не был достаточно хорош! «Винсен, не сутулься, Винсен, веди себя прилично, Винсен, оставь свои деревенские замашки!» Он смял в руке фотографию, вскочил и рванулся к камину. Нашарил на полке спички, подпалил край, дождался яркого пламени и забросил горящий комок за оградку. За первым снимком отправился второй, третий, четвёртый… — Тери, подожди! — попыталась я его остановить. — Как бы она к тебе ни относилась, но эти фотографии — память. И теперь, когда она умерла… — Умерла?! — он зло расхохотался. — Кто тебе это сказал? Она меня бросила, Янира! Бросила, как ненужный хлам, как мусор, как эти фотографии! Нашла себе более образованного, напыщенного аристократа, черт-те сколько встречалась с ним за моей спиной, спала с ним, пока я, дурак, верил в головную боль! Снимки летели в огонь один за другим. — Гюстав говорил мне: ты совершаешь ошибку, Тери. Эта девочка тебя не любит, она ловко притворяется. А я не верил, десять лет не верил! Пока у Леони не пропала необходимость врать. Он повернул ко мне пылающее лицо: — Знаешь, что она мне сказала? Что всё это время едва выносила мои прикосновения. Что я никудышный… — Стой! — я закрыла ему рот ладонью. — Ты сейчас в запальчивости наговоришь, а потом пожалеешь и прикопаешь меня где-нибудь в парке под кустиком. Поэтому давай выполнять наш план: тёплая одежда, плед, ограбление кухни и тайное место. Успокоился? Он кивнул, чёлка мягко мазнула по моим пальцам. — Отпускаю, — я заглянула в глаза. — Дожжёшь фотографии — открой, пожалуйста, окно, полная комната дыма. — Извини, — он распахнул оконную раму. — Сожги их сама, очень прошу. Я пойду за пледом. Снимки горели быстро, огонь безжалостно уничтожал бумагу, чёрный пепел оседал крупными хлопьями. Сотни фотографий, болезненное напоминание о предательстве. Коробку я закрыла и уже под ней нашла ещё один снимок. Тери сидел на диване в этой самой комнате, Леони на приличном расстоянии от него. Снято не так давно, если судить по знакомой голубой рубашке. Украдкой я оторвала часть с Тери и убрала её в книгу. Потом перепрячу. Тери вернулся с пледом и в свитере, оглядел меня и нахмурился: — Замёрзнешь. — Это самый тёплый джемпер, который у меня есть. Потом, на улице сентябрь, а не декабрь! На самом деле у меня был ещё вязаный свитер, в котором я напоминала овечку. Но в нём я не показалась бы Тери даже под страхом смертной казни. — Ладно, — вздохнул он. — Идём добывать еду. Дверь на кухню была приоткрыта. На плите красовалась «забытая» сковородка с котлетами, на столе точно так же были «забыты» нарезанный хлеб и шарлотка. — Агнес — золото, — выдохнул Тери. — Спорим, она и чай в термос налила? — Нечего спорить, — я сняла с полки литровый термос. — Нужны корзинка, чашки и салфетки. Из кухни мы вышли, нагруженные не хуже удачливых разбойников. Тери потянул меня не направо в холл, а куда-то за кладовые. В торце оказалась узкая винтовая лесенка, которая вела вверх. Не было ни окон, ни светильников, только крутые деревянные ступени. — Раньше тут было что-то вроде мусоропровода, — начал рассказывать Тери, пока мы поднимались в кромешной темноте. — Архитектор предложил убрать, но у меня возникла другая идея. Дай руку, тут порог. |