Книга Эра белого орлогрифа, страница 83 – Анюта Соколова

— Идёт.

Работать с Браном оказалось одно удовольствие. Он действовал чётко, ни одной лишней секунды не тратил зря. Диктовал координаты, чётко выговаривая каждую цифру, предупреждал перед тем, как построить портал. Наверное, мы обогнули всё Ущелье — после тридцатого переноса я перестала считать. А больше всего мне понравилось его отношение: заботливое, но без так раздражающей снисходительности. Я чувствовала себя полезной!

Мы часто встречали бестий. Благодаря щитам нас они не видели — жили своей жизнью. Копытки охотились на песявок и клыкоядов, причём их поведение здорово напоминало человеческое. Несколько молодых бестий загоняли добычу, другие её ловили. Старые самки держались в стороне, оберегая детёнышей. Иначе вели себя ослороги, у которых, наоборот, еду добывали огромные заматерелые самки. Вдвоём-втроём они отбивали от стада копытку помоложе и потом делились мясом с остальными. Вскоре я поняла, что бестии не проявляют излишней жестокости: они задирали столько особей, сколько требовалось, чтобы накормить стадо. Исключением были клювокрылы — эти бросались на всё живое и убивали до тех пор, пока жертвы не заканчивались.

В середине дня Бран взглянул на Третье солнце, выпрямился и потянулся.

— Пора обедать. Возвращаемся.

В доме он сразу прошёл на кухню, я потопталась и направилась за ним. Первый раз в жизни я наблюдала, как готовится еда: моется и отправляется на сковородку мясо, чистятся овощи, режется салат. Бран управлялся ловко, можно было залюбоваться — я и любовалась.

— Вы не готовите впрок?

— Бывает, — он улыбнулся. — Мужская лень. Иногда вообще обхожусь хлебом с сыром или ветчиной. Но, глядя на ваши рёбра, хочется накормить вас как следует.

Я опасливо ощупала себя. Вроде не такая уж худая. Бран рассмеялся. Удивительно, как этот парень отличался от угрюмого куратора нашей группы!

— Бран, а это нормально, что член королевской семьи служит егерем, водит группы выпускников?

— Разумеется, нет, — беззаботно откликнулся он. — Его Величество каждые два-три месяца проводит со мной воспитательную беседу на тему недопустимого для Ашино поведения, я мило киваю и как бы невзначай напоминаю о подмене короля. Поскольку Бризар как огня боится любых разговоров о прошлом, нравоучения на этом заканчиваются. А мне нравится моя работа, Ши. Правда, практикантов я не вожу, это раз был исключением. Арвель попросил присмотреть за одной упрямой девушкой.

Если бы я не сидела, то упала. Благодарность директору школы стала просто огромной.

— Господин Реншо — очень добрый человек.

— Да, — подтвердил Бран. — Арвель — один из немногих людей, к которым понятие благородство применимо во всех смыслах этого слова. Мы вместе учились в университете.

— Он вам помогал? — вырвалось у меня.

— Можно и так сказать.

Передо мной очутилась тарелка с мясом и овощами. Запах был такой, что я сглотнула. На время мы замолчали и занялись едой. Бран закончил первым, облизнулся и довольно откинулся на спинку стула.

— С детства люблю вкусно поесть. Бабушка готовила — пальчики оближешь.

— Вы её хорошо помните?

— Гораздо лучше, чем родителей. Мама мной не особо интересовалась, разве что наряжала и причёсывала, словно куклу. Отец любил тишину и одиночество, порой по четыре солнца не выходил из комнаты. Поэтому всё время я проводил с бабушкой. Она учила меня первым преобразованиям: создавать свет в темноте, переноситься с места на место, залечивать царапины.