Книга Любовь и годы. Вдали от Родины, страница 77 – Марина Павловская

— Завтра конец нашему путешествию,- как-то грустно сказал Кагельман.

— Вы побудете в Стокгольме? – спросил Дитрих.

— К сожалению, нет. Сразу же обратно. Сдам жену родителям, и в путь. Двенадцатого сентября должен быть в части. Иначе трибунал.

— Куда вас направляют?

— На Восточный фронт.

Фрау Кагельман сидела напротив Линды. При этих словах она вздрогнула и испуганно взглянула на мужа.

— Не волнуйтесь, фрау Кагельман,- поспешила сказать Линда.- Все-таки, ваш муж врач, а не солдат.

— Нет, нет не утешайте меня, фройлейн. Одно слово « Россия» внушает мне невольный ужас,- проговорила женщина.- Сколько там было обмороженных зимой!

— Аннет, дорогая,- нежно сказал Кагельман.- Тебе ли бояться морозов? Ты же северянка.

— Я о тебе, Леон.

— А я о тебе. Не надо волноваться. Все будет хорошо, поверь мне.

— Я не волнуюсь, Леон,- улыбнулась Аннет.- Конечно же, все будет хорошо. Просто я не люблю разлук.

Официант принес ужин, открыл бутылки с вином. Кагельман, пытаясь развеселить жену, стал рассказывать что-то смешное. Завязался разговор. Слушали музыку, тянули вино, шутили. Аннет после нескольких глотков порозовела и развеселилась, хотя во взгляде ее проскальзывала затаенная тревога за мужа, за свою семью.

Линде понравилась эта милая женщина в скромном вечернем туалете. Она была типичной шведкой, белокура, чуть бледна, с добрыми голубыми глазами.

— Вы никогда не бывали в Швеции, фройлейн? – спросила она Линду.

— Нет.

— Вам есть где устроиться? Мы могли бы помочь вам.

— Благодарю вас, фрау. Нас должны встретить. У господина Дитриха В Стокгольме друзья.

— И все-таки возьмите на всякий случай адрес жены,- предложил Кагельман.- Вам будет не так одиноко в чужом городе.

— К тому же, могу помочь в изучении шведского языка,- сказала Аннет.

— Я буду очень рада,- улыбнулась Линда.

6.

В Стокгольм прибыли днем. Пароход долго шел вдоль скалистых берегов, поросших редким лесом. На Линду дохнуло каким-то неприветливым холодом. Незнакомые берега, освещенные скупым северным солнцем, казались загадочными, как в старых сказках Андерсена.

Стоявшая рядом на палубе Аннет Кагельман словно догадалась о ее мыслях.

— Вам не нравится здесь?

— Пустынно как-то,- призналась Линда.

— Да, это не южный курорт. Наша страна на камнях и скалах и, наверное, кажется суровой, неуютной. Мы, северяне, к этому привыкли. Но это моя Родина, и милее этой страны для меня нет. В Германии я живу шесть лет, но меня все время тянет сюда.

— Вы часто навещаете родных?

— Раз в два года стараюсь приехать сюда, не выдерживаю.

— А в Германии вам нравится?

— Я люблю Леона,- просто ответила женщина.

« Да, нелегко ей,- подумала Линда.- Тоже живет вдали от Родины. Бодрится, чтобы не расстраивать мужа перед разлукой. Умница.»

И вот, наконец, показался большой город. Средневековые высокие шпили были видны издалека. Черепичные крыши, освещенные солнцем, придавали городу нарядный и веселый вид. Вот она – шведская столица!

Линда с палубы с волнением оглядывала толпу людей, пытаясь угадать, кто встречает их с Паулем. Радостно вскрикнула Аннет, увидев родителей. И Дитрих вдруг кому-то махнул рукой.

Наконец, они сошли на землю. К ним подошел молодой мужчина лет тридцати в сером плаще и мягкой шляпе и обнялся с Паулем.

— Зиберт… Артур,- назвался он, пожимая руку Линды.- Вот вы какая.