Онлайн книга «Выживание»
|
— Цвети, Хиганбана! Только в прошлом этими словами меня лечили, а теперь результат стал… множко иным! Зверь раскрыл пасть. Наверное, он хотел негодующе взреветь, а получилось только булькнуть. Из глазниц, ноздрей, щелей на коже и трещин на пластинах бойко полезли тонкие красные стебли. Не красиво, а истинно жутко. Никаких тебе чудесных цветов посреди снега. Просто плоть и камень вдруг узнали, что отныне у них другой хозяин. Лаврия взмахнула Жезлом. И тварь размазало по камням. Не разорвало, не отбросило, а размазало так, словно кто-то огромной ладонью провёл по мокрой глине и оставил в ней серо-жёлтую полосу с обломками костей. Запах ударил такой, что Кирон согнулся, но удержался. Флаграна, наоборот, посмотрела на остатки с откровенным уважением. — Старшая, — с трудом просипел Круглый, — вы это сейчас из педагогических соображений? — Нет. — Тогда из каких? — Кирон с невнятным всхлипом-скрипом разогнулся. — Из раздражения. — Понял и запомнил. Раздражение страшнее педагогики! — Молодец. Кирон кивнул с такой серьёзностью, будто только что получил важнейший урок культивации. Впрочем, возможно, так оно и было… Лаврия же оглядела нас и спросила: — Все целы? — Да, старшая! — отозвались дружно, но тихо. — Отлично. Значит, идём дальше. И мы сделали это — мы пошли дальше! Местность становилась всё более похожей на лес. Если, конечно, эти кривые и несуразные деревца можно было назвать лесом. Они росли редкими группами, низкие и чёрные, со скрученными ветвями и корой, похожей на потрескавшуюся кожу. Меж ними торчали каменные гребни. Иногда под снегом что-то звенело. Не металл. Не лёд. Звук был тонкий, неприятный, старательно вызывающий зубную боль. Следы «Рогов и Копыт» то появлялись, то исчезали. Один раз они обошли широкий круглый провал, заполненный совершенно неподвижной водой. Вода в нём была чёрной и отражала не небо, а почему-то стены какого-то замка, которого в округе не существовало. Мы тоже обошли. Широко. Даже Кирон не спросил, что будет, если туда плюнуть. Растёт человек! В другой раз впереди висела полоса снега. Просто висела. Прям по-настоящему висела в воздухе. Ровная, белая, почти красивая. Роган со товарищи прошёл правее, и мы прошли правее. Аркос, правда, задержался на мгновение, глядя на неё с выражением человека, который оценивает, сколько такое весит и можно ли это унести. Но промолчал. А к полудню Лаврия сжалилась и остановила нас. Не потому, что устала. Конечно нет. Старшие, командиры, сороковые уровни и прочие ядовитые чудовища никогда не устают. Они просто внезапно вспоминают, что младшие существа могут сдохнуть от переоценки собственных сил. Но это неточно… Привал сделали в ложбине между двух каменных выступов. С одной стороны нас прикрывали всё ещё чёрные деревья, с другой — скала, на которой росли тонкие белые прожилки. Лаврия проверила их взглядом, потом Жезлом, потом приказала не трогать. — А что это? — спросил Кирон. — То, что ты не трогаешь. — Исчерпывающе. — Я старалась. Ели быстро. Холодная лепёшка, сушёное мясо и вода. Последняя настолько холодная, что зубы от неё вновь мгновенно заныли. А может, то опять звенела земля… Лаврия дождалась, пока остальные после еды займутся проверкой снаряжения и предадутся кратковременному отдыху, потом кивнула мне: |