Книга Раздвигая границы, страница 62 – Дмитрий Серебряков

— «Замолчи!» — отчаянно простонала Ингрид, не поднимая головы от колен. — «Я просто в шоке от собственной нескромности. Это был какой-то позор…»

— «О, поверь мне, позор — это когда ты путаешь рыбную вилку с десертной», — Эльвира мелодично рассмеялась, поправляя призрачную прическу. — «А то, что произошло в туннеле, называется совсем иначе. Ты же у нас такая строгая скромница, гордость деда, а сама, когда парень отвернулся к стене, взор от кое-чего ниже его пояса отвести не могла».

Ингрид резко вскинула голову. Её щеки снова вспыхнули так, что казалось, в комнате стало жарче на пару градусов.

— «Я не смотрела!» — возмущенно мысленно выкрикнула девушка, отворачиваясь к стене. — «Я просто… я растерялась! Я была в состоянии аффекта!»

— «Конечно-конечно. Аффект», — снисходительно протянула Эльвира. Дух подалась вперед, и её голос зазвучал тише, вкрадчивее, пробираясь в самые потаенные уголки сознания. — «Ингрид, девочка моя. Я — часть твоего контура. Я сижу в твоей голове. Ты можешь врать себе, дедушке Линбергу или этому смешному парню, но не мне. Я же чувствовала, как у тебя в горле пересохло. Я чувствовала, как твое сердце забилось в два раза быстрее, когда ты увидела его реакцию. Что, захотелось поближе к нашему дикому Акиро прижаться, пока блузка была мокрой?»

— «Неправда!» — Ингрид вскочила на ноги, судорожно расстегивая пуговицы на злополучной блузке, желая как можно скорее снять её и зашвырнуть в самый дальний угол шкафа. — «Ничего мне не захотелось! У меня просто перехватило дыхание от испуга!»

Эльвира лишь звонко заливисто рассмеялась, откинувшись.

— «Может, пора уже признать очевидное, милая?» — дух насмешливо прищурила глаза. — «Твой уличный чурбан тебе нравится. Очень. До дрожи в коленках. И то, что он сегодня краснел и заикался из-за тебя, потешило твое самолюбие больше, чем высший балл у старика Оболенского».

— «Ничего он мне не нравится!» — Ингрид яростно скомкала снятую блузку. — «Это была просто экскурсия. Приказ деда! Тактическая задача по адаптации боевого напарника к мирной среде, вот и всё!»

— «Как скажешь. Тактическая задача с использованием прозрачных тканей и стонов над пирожным. Очень в стиле разведки Инквизиции», — Эльвира изящно взмахнула рукой. — «Спокойной ночи, госпожа тактик. И постарайся, чтобы во сне твой контур не искрил от нескромных мыслей. Мне это мешает отдыхать».

Воздух снова пошел рябью, и дух растаяла, оставив девушку в звенящей тишине.

Ингрид сердито фыркнула, переоделась в простую глухую ночную рубашку и юркнула под прохладное одеяло. Она закрыла глаза, твердо намереваясь немедленно уснуть, чтобы выкинуть из головы ехидные комментарии Эльвиры.

Но сон не шел.

Стоило ей расслабиться, как перед глазами начали всплывать картинки прошедшего дня. Вот Акиро с каменным лицом ищет пути отхода в ресторане. Вот он, суровый воин, кромсавший демонов в Скрале, в полной растерянности зависает над салатной вилочкой. А вот он же, заставляет ее смущенно опустить взор своим напоминанием о стонах над тортом…

Ингрид перевернулась на спину и посмотрела в темный потолок. Она вспомнила, как вспыхнули красным его уши там, в туннеле. Вспомнила его хриплый сдавленный голос, когда он приказал ей остановиться, чтобы защитить от чужих взглядов. В этом было столько неуклюжей, дикой, но искренней заботы.