Книга Свет для Звёзд, страница 75 – Romancer

— Товарищ капитан, я хочу написать официальное заявление на того участкового, – нарочито твёрдо произнесла я, глядя ему в глаза. – Он не имел никакого права содействовать незаконному выселению моей бабушки. У них не было ни решения суда, ни судебных приставов. Это превышение полномочий.

Фролов тяжело вздохнул, помрачнев ещё сильнее.

— Ох, зря ты это всё затеваешь, дочка. Но право твоё, закон есть закон.

Он молча выдвинул нижний ящик стола, достал пачку чистых листов бумаги, ручку и бросил передо мной стандартный образец. Я придвинула к себе лист, аккуратно вывела шапку заявления и тут же мысленно шепнула Цере:

— Как зовут его дочь?

— Фролова Елизавета Алексеевна, – тут же отрапортовала она.

— Поняла.

Я продолжила водить ручкой по бумаге, делая вид, что сосредоточена на тексте, а сама тихонько заговорила, не поднимая головы:

— Товарищ капитан, можно задать вам один личный вопрос?

Фролов у себя за столом тоже возился с какими-то рапортами. Не отрываясь от бумаг, он буркнул:

— Ну давай, задавай.

— А Фролова Елизавета Алексеевна вам случаем не родственница?

В ту же секунду воздух в кабинете словно сгустился. Краем глаза я заметила, как лицо капитана мгновенно переменилось: черты заострились, взгляд стал тяжёлым, колючим, почти звериным. В нём читалась такая глухая, отчаянная ярость, что мне на секунду стало по-настоящему страшно. Фролов с силой отбросил ручку на стол, резко подался вперед и рявкнул:

— Ты что, соплячка, решила меня шантажировать?! Совсем берега попутала?! Я к тебе по-человечески, по-отечески помочь хотел, хоть советом уберечь, а ты…

— Спокойно! Успокойтесь! – перебила я его, поднимая руки ладонями вверх, но стараясь держать голос твёрдым. – Я работаю в ЧОДКБ, в онкологическом отделении. Точнее, прикомандирована туда из нашей частной лаборатории. Мы сейчас как раз разрабатываем экспериментальный препарат последнего поколения, и я видела эту фамилию в списках отбора кандидатов.

Лицо капитана не дрогнуло ни на миллиметр. Он продолжал сверлить меня тяжёлым, немигающим взглядом, словно пытаясь прожечь насквозь. Молчание затянулось, вися в воздухе грозовой тучей. Это была пауза-намёк: «Продолжай, я слушаю».

— Короче говоря, я думаю, мы можем помочь друг другу. Вы мне – я вам, – выдохнула я.

Фролов резко, с грохотом выскочил из-за стола и почти сорвался на крик:

— Пошла вон отсюда, тварь малолетняя! Чтобы духу твоего здесь не было!

Перед тем как вскочить со стула, я быстрым, едва заметным движением дописала в самом низу недописанного заявления свой номер телефона. Схватив рюкзак, я сорвалась с места и вылетела из кабинета. За спиной гулко хлопнула дверь, и в неё с глухим стуком что-то прилетело .

Я на всех парах спустилась по лестнице, выскочила из душного здания полиции на свежий воздух, запрыгнула в «Логан» и резко сорвалась с места, выезжая в сторону трассы.

По дороге я мысленно обратилась к Цере:

— Как думаешь, сработает? Что будет дальше?

— Точных прогнозов не дам, – спокойно отозвался голос ИИ в голове. Но вероятность того, что он перезвонит тебе, составляет примерно восемьдесят семь процентов.

Я ехала по трассе до Челябинска и думала: а не зря ли я вообще всё это затеяла? С другой стороны, мне от этого капитана нужна всего лишь достоверная информация: кто, зачем и когда. И всё. А взамен я спасу жизнь его смертельно больной дочери. От этих циничных мыслей на душе стало как-то гадко и неуютно. Впрочем, девочку я спасу в любом случае.