Книга Егерь императрицы. Гвардия, вперёд!, страница 23 – Андрей Булычев

Голова поезда обогнула холм и, набирая скорость, покатила дальше, а вот середина, где и находилась турецкая делегация, только-только втягивалась в дорожную петлю.

Бам! Бам! Бам! — хлёстко ударили выстрелы. Ехавшие и так медленно кареты остановились, и из тех четырёх, что следовали впереди и позади огромной турецкой, высыпали люди в зелёных мундирах.

— Холм! Самая серёдка, там, где проплешина! — крикнул, указывая рукой на цель, Афанасьев.

Тихон, отщёлкнув курок штуцера, водил стволом, выискивая цель. От того места, где растительность была не такой густой, и ближе к вершине возвышенности ветерок относил в сторону серое облачко дыма. Там что-то мелькнуло, и капрал выжал спусковой крючок. Вслед за его выстрелом ударили сразу несколько десятков винтовальных и гладких стволов. Пятёрка Горшкова уже влетела в овраг и теперь карабкалась по его противоположному склону.

— Вперёд, братцы! Живьём постарайтесь кого-нибудь взять! — рявкнул Егоров, перезаряжая штуцер.

Около сотни спешенных егерей устремились к холму, а выпрыгнувшие из карет штуцерники Афанасьева всё били по нему, осыпая пулями.

Гюнтер, пригнувшись, подбежал к лежащему без движения Дитриху, перевернул его на спину и выругался. В синее небо глядели застывшие, мёртвые глаза, а из уголка рта бежала алая струйка крови.

— Готовый он, не видишь, что ли?! Бежим! — рявкнул Джон.

Пуля ударила в ствол дерева буквально в пяди от головы, и он резко пригнулся.

Гюнтер, перекрестившись, закрыл глаза товарищу и, вскочив на ноги, сделал три шага. Свинец вошёл ему сзади в бедро, и он, громко вскрикнув, упал на землю.

— Бежать можешь?! — крикнул Джон, наклоняясь над пруссаком.

— Найн, — прорычал тот, зажимая рану рукой. — Бегите без меня!

— Прости, друг, ничего личного, — Джон выхватил из-за пазухи пистоль и, отщёлкнув курок, выжал спусковую скобу. — Ты же знаешь, нам нельзя попадаться в руки русских.

— Ваше высокоблагородие, сюда! — крикнул Мухин. — Тут среди кустов два трупа лежат.

Алексей, преодолев подъём, выскочил на прогалину. Здесь уже обшаривала заросли пара дюжин егерей.

— Ого, а это ведь наш с тобой знакомец, Тихон, — проговорил полковник, присаживаясь возле одного из убитых.

— Так точно, вашвысокоблагородие, — кивнул капрал. — Гюнтер это, денщик того самого прусского посольского барона. А вы этот штуцер, что рядом с ним лежит, узнаёте?

— Вот это да-а! — присвистнул в удивлении Егоров. — Не думал, что снова буду его держать!

В руках у него был тот самый прусский штуцер барона Иоганна Корфа, который он у него выиграл четыре года назад. Уж спутать с другим Алексей его никак не мог: клеймо мастера, год выпуска и даже зазубрины на стволе — всё было знакомым.

— Вашвысокоблагородие, а ведь умер он не от нашей пули, — проговорил удивлённо Мухин, осматривая тело. — Ну да, ногу, похоже, это мы ему пробили. А тут вот, сами поглядите, вблизи, прямо в упор, в грудь ему стреляли. Вона и от горящего пыжа, и от пороховых крупиц подпалины на одёже. Это что же получается такое, ваше высокоблагородие? — пробормотал он, ошарашенный. — Свои его, что ли?

— Похоже, что да, добили, — кивнул Алексей, осматривая одежду возле пулевой пробоины.

— Да как же такое возможно, чтобы свои и своих? — прошептал потрясённый капрал. — Грех-то какой! Звери они, что ли?