Книга Воевода, страница 114 – Владимир Кощеев, Михаил Романов

Князь вздохнул, поднялся на ноги, прошелся по кабинету, а затем опустился в гостевое кресло напротив Румянцевой.

— Как раз о светлом будущем я бы и хотел поговорить, – произнес он, серьезно посмотрев на боярышню. – Анна, я не хочу показаться сволочью, что запугивает бедную сиротку. Но я должен это сказать, потому что ты должна это услышать и хорошенько запомнить. Договорились?

Девушка смотрела на Нахимова спокойно, несмотря на то, что внутри у нее все сжалось от ужаса. Вариантов развития событий было много, хороших для нее – мало. Но Анна прошла жестокую школу жизни, а потому лишь с достоинством кивнула, показав, что слушает.

— Кирилл выбрал тебя, и я не буду оспаривать его решение. Но если вдруг я узнаю, что ты оказалась здесь по чьей-то указке, поверь, ничем хорошим это для тебя не закончится.

Анна аж задохнулась от возмущения. Глаза девушки гневно сверкнули, но князь продолжил:

— У тебя был тяжелый, спорный путь, но ты выживала как могла, и ты защищала свою семью. Это меня в тебе восхищает. Семья для Нахимовых – не просто какая-то там бумажка с вензелями. Семья – это первый оплот в мире, первое плечо, на которое каждый в роду может положиться. Род Румянцевых слаб и беззащитен, и мы все прекрасно понимаем, что это будет тянуть тебя к ним. Но Кирилл станет князем, а его супруга – княгиней, и ее интересы не могут оказаться на стороне. А я не верю в то, что переход из рода в род заставит тебя отказаться от брата и сестры. Ты слишком многим пожертвовала ради них и не бросишь на произвол судьбы сейчас.

Здесь Анне пришлось лишь поджать губы, потому что, увы, князь был прав. Конечно, она бы никогда не стала вредить Кириллу, но и бросить младших не смогла бы. Никогда.

— Так что я подумал и нашел прекрасное решение всей этой проблемы, – проговорил Нахимов. – Я предлагаю роду Румянцевых войти младшей ветвью в род Нахимовых. Ты формально опекун и можешь подписать документы. Я – получить одобрение императора на такое слияние. Твой брат получит деньги, связи, гарантии безопасности. Твоя голова не будет болеть об их благополучии, а если и будет, то в рамках всего нашего рода. Как тебе предложение?

Румянцева ответила не сразу. Девушка замерла, просчитывая в голове варианты. Князь хотел обезопасить сына и свой род от вреда, который могла бы принести девушка, если бы у нее были нехорошие намерения. Ввести Румянцевых в род Нахимовых – значит, буквально, вручить благополучие ее семьи в руки князей. Экономические заложники, по сути.

Но у девушки не было дурных планов. Она, возможно, и не любила Кирилла так, как любила Мария Максима или Дарья Алексея, но тоже любила. Благодарной, искренней любовью, какой только может любить своего спасителя израненная душа.

Так что, по сути, она ничего не теряла. Она выигрывала.

Но князь всего этого не знал, а потому проверял ее. Предлагая огромные возможности, которые имеют смысл, только если Анна действительно искренна. Виталий Константинович – опытный политик, мудрый глава рода и на самом деле любящий отец. Ведь задача князя – обезопасить семью и передать наследнику род богаче и крепче, чем получил сам.

— Это невероятно щедрое предложение, – медленно проговорила Анна, улыбнувшись. – И я не вижу никаких причин отказываться от него.