Книга Боец, страница 16 – Владимир Кощеев, Михаил Романов

— Время обеда, – произнес юноша. – Я провожу тебя.

Боярышня кивнула, и пара медленным шагом пошла к столовой. Максим заговорил не сразу. В какой-то момент Марии даже показалось, что они так и дойдут в тишине до столовой, но Меншиков все же начал диалог:

— У нас проблема, – объявил он. – И эту проблему надо решать.

— Разорвем помолвку – проблема решится сама собой, – ощетинилась Нарышкина.

— Ты знаешь, что это невозможно. Но ты готова влезть в любую авантюру в попытках этого добиться.

— И буду продолжать! – упрямо произнесла Мария.

— Ты не просто рискуешь своей репутацией, – заметил в ответ Максим. – Ты подставляешь своих друзей.

Девушка упрямо поджала губы, а юноша взъерошил волосы, выдавая этим все свое волнение.

— И ты даже не дала мне шанса, – наконец произнес он то главное, что так давно собирался сказать.

Теперь Мария ответила не сразу. Ей не хотелось говорить с этим человеком. Ей не хотелось ничего с ним обсуждать. Головой она понимала, что Максим в чем-то прав. Но ее юный мятежный дух требовал бунта.

— Зачем это тебе? – наконец произнесла она, когда до столовой оставалась пара шагов.

Меншиков усмехнулся уголком рта, остановившись прямо перед стеклянными дверьми. Посмотрел боярышне в глаза, и взгляд этот, серьезный и спокойный, поразил ее.

— Просто дай мне шанс, Мария. Я сделаю все, чтобы ты не пожалела об этом.

И не дождавшись ответа, Максим развернулся и ушел в сторону учебных корпусов.

Нарышкина же, захваченная врасплох этой погодой и этой беседой, в глубокой задумчивости пошла в столовую. Привычно найдя взглядом стол с друзьями, она шла к ним, погруженная в свои мысли.

Кажется, что с того момента, как ее отец заключил с главой Свободной фракции помолвочное соглашение, она впервые посмотрела на Максима. Посмотрела по-настоящему. Посмотрела, чтобы совершенно неожиданно увидеть в нем человека, также захваченного врасплох происходящей ситуацией, но все же пытающегося ей управлять.

Из размышлений Нарышкину вырвал голос подруги. Дарья Демидова с нескрываемым удивлением спросила:

— Мария, а чей это пиджак?

Набережная Москвы-реки, офисное зданиеАЛЕКСАНДР МИРНЫЙ

Ефим Константинович Панов, околовсяческий помощник Нарышкина, назначил мне встречу в офисе.

Офис Виктора Сергеевича занимал целое пятиэтажное здание на набережной Москвы-реки. За красивым кованым забором стоял не менее красивый пафосный домик, отчаянно косивший под историческую ценность. Но все-таки что-то выдавало попытку обмана: то ли слишком большие дверные и оконные проемы, то ли слишком чистенький фасад, то ли высота потолков. В общем, здание явно было новеньким и хрустящим.

На проходной на меня смотрели с любопытством, но долго не мурыжили, и спустя четверть часа милая улыбчивая девушка участливо спрашивала, буду ли я чай или кофе, пока Ефим Константинович заканчивает важный разговор.

— Итак, Александр, – произнес Панов, когда мы с ним уселись в переговорной, вооружившись кофейником и папкой с бумагами. – Здесь проект договора, с которым вам следует ознакомиться. Если все устраивает, можем подписать хоть сейчас.

Я посмотрел на мужчину как на идиота.

Нет, понятно, что если перед тобой сидит пацан, то нагреть его на ерунде – милое дело. Но не до такой же степени!

Поэтому я вежливо улыбнулся и ответил: