Книга Псы и чародеи. Книга 1, страница 65 – Наталья Резанова

Странно – Фиахра даже не подумал о том, что Горонви нарочно разыграл обморок и представит князю выдуманного шпиона.

Но Горонви сказал совсем не то, что предполагали услышать князь и его министр.

— Нет. Она – нечто гораздо худшее. Воплощенное зло. Эта женщина способна причинить страшный вред всем нам.

Лайгде расхохотался.

— Помилуй Семеро! Эта мокрая курица?

Если б Горонви обвинил Кери в шпионаже, Фиахра бы высоко оценил ее умение выглядеть самым жалким образом. Лучшей маски для лазутчика не придумаешь. Но поскольку речь пошла совсем о другом, Фиахра заметил:

— Уж не вам, Горонви, объявлять охоту на ведьм… с вашим-то ремеслом.

Горонви метнул на него мрачный взгляд.

— Она не ведьма в общепринятом смысле слова. Хотя некоторые невежды и могут повесить на нее такой ярлык. Клянусь, я предпочел бы иметь дело с ведьмой, ибо знаю, по каким правилам с такими играть. Но эта, – голос его возвысился, приобрел нежданную мощь, – эта способна разрушить всю Дробезу.

— Шутить изволите? – съязвил Фиахра.

Но Лайгде смотрел пристально и серьезно.

— Есть ли возможность обратить ее дар в нашу пользу? – спросил он.

— Никакого. – Горонви не знал, на чем зиждется его уверенность, но говорил он правду.

— А уничтожить ее?

Горонви задумался. Он видел собственную смерть и, возможно, гибель Дробезы. Последнее волновало его меньше первого, но Лайгде, безусловно, важнее судьба его княжества. Он видел, что случится в будущем, но кто сказал, что это непременно должно случиться? Разве не для того Горонви получил свой дар, чтоб вмешиваться в ход событий?

Если избавиться от этой женщины, ничего того, что он видел, не будет.

Тогда почему Горонви это видел?

Ответ напрашивается. Видение было послано ему как предупреждение. Если он будет знать, то спасется. А заодно спасет Дробезу.

— Возможно, – сказал он.

— Тогда надо незамедлительно схватить ее.

— Подождите, ваша светлость. Не исключено, что она сейчас встревожена и готова к нападению, нужно взять ее, когда она ничего не будет подозревать.

— Нет уж, Горонви. Какой смысл рассусоливать, если она уже в тюрьме? Даже и тащить никуда не надо, и палач под рукой.

— Палач – ее любовник, государь.

— Прежде всего он мой слуга. И обязан мне подчиняться. Фиахра, вызови коменданта и распорядись.

Фиахра считал мнение князя правильным. Если уж Горонви так приспичило схватить несчастную девку только из-за того, что ему примерещилась какая-то дрянь, зачем ее выпускать, а потом снова арестовывать? Никакой логики у этих магов.

Однако комендант, услышав приказ, побледнел, побагровел и явно пожалел о невозможности провалиться сквозь пол. Или хотя бы просочиться между плитами. Оказалось, он успел отпустить Дабара («Простите, ваша светлость, я так понял, что сегодня допросов больше не будет, вот и позволил парню передышку, он же сутками отсюда не выходит, ваша светлость…»). А вместе с Дабаром ушла и Кери.

— Распустились! – возмущенно воскликнул Фиахра. – Решает тут князь! А ежели кто не выходит, так работа у него такая – допрашивать, а не на базаре брюквой торговать! Ничего, далеко они не ушли, сейчас пошлем за ними…

Лайгде остановил его.

— Похоже, судьба на вашей стороне, а, Горонви? Не стоит устраивать суматоху возле дворца. К тому же я утомлен. Привратник меня побери, в этом княжестве даже палач имеет право на отдых, а мне что же – не знать ни сна, ни пищи? Вернемся, и после ужина я жду ваших предложений, Горонви. Чтоб завтра все шло заведенным порядком.