Книга Кто правит миром. Том 1, страница 65 – Цин Линъюэ

— Будет ли кто-нибудь следовать за мной, когда я умру? – Хань Пу вдруг подумал о своей собственной смерти.

— Этого я не знаю. – Фэнси улыбнулась, слегка щелкнув его по лбу. – Какой у тебя странный маленький ум, в таком юном возрасте уже думаешь о смерти?

— Тогда, сестра, когда ты умрешь, я пойду с тобой, хорошо? – Хань Пу не сдавался, все еще не желая оставаться один после смерти.

— Нет, – решительно отказала Фэнси.

— Почему?

— Потому что ты моложе меня, и когда я умру, ты, несомненно, сможешь жить еще очень, очень долго.

— Но я хочу пойти с сестрой! Мы можем составить друг другу компанию в подземном мире, а потом вместе переродиться.

— Нет, ни в коем случае! В этой жизни я несчастна, неся такую ношу, как ты, в следующей жизни я не хочу нести ее снова.

— Я не ноша, когда я вырасту, я буду тебя поддерживать.

— Мне не нужно, чтобы меня поддерживали, лучше выбери для этих целей кого-нибудь другого.

— Отец и мать умерли, теперь у меня есть только сестра!

— У тебя еще будут жена и дети.

— У меня нет жены и детей!

— В будущем будут.

— Нет!

Две тени, большая и маленькая, постепенно удалялись.

А на другой горной дороге Сяо Цзянь задал вопрос, который его беспокоил:

— Господин так легко показал ей Сюаньцзи… не боитесь, что она возжелает ее?

— Эта барышня… возможно, даже если весь мир будет преподнесен ей, она не удостоит его взглядом, не говоря уже об этой… Сюаньцзи, которая в ее глазах грязна до неприличия, – вздохнул Хуан Чао.

— Хм, – кивнул Сяо Цзянь, затем спросил: – Господин понял, кто она?

— Нет, – вздохнул Хуан Чао. – Я внимательно наблюдал за ними во время еды. Этот мальчик, Хань Пу, хотя и был очень голоден, из-за чего его манеры за столом не были изящными, но сидел прямо и не ронял ни крошки, что явно говорит о хорошем воспитании. Кроме того, среди блюд было несколько таких, которые обычные люди не могут попробовать, но он явно ел их раньше, что указывает на его благородное происхождение.

Услышав это, Сяо Цзянь понял, что это действительно так.

— Что касается той барышни… – Хуан Чао остановился и обернулся. – Как бы ты ее охарактеризовал?

Сяо Цзянь подумал некоторое время и сказал:

— Даже если она некрасива, ее внешность необычна; даже если она странная, это в ней изящно.

— Ха-ха, похоже, что ты ей восхищаешься. – Хуан Чао тихо рассмеялся и продолжил идти вперед.

Так они шагали еще четверть часа, и вдруг Сяо Цзянь окликнул его:

— Господин.

— Да, – ответил Хуан Чао.

Сяо Цзянь помедлил, но все же сказал:

— Господин заметил украшение на ее лбу?

— Украшение на лбу? – Хуан Чао резко повернулся, его взгляд был подобен молнии.

— Из-за черной золы на ее лице было трудно что-либо разглядеть, но господин упоминал, что Белая Фэнси обычно является «в белых одеждах, с нефритовым полумесяцем» – хотя женщины с украшениями на лбу встречаются часто, среди женщин из мира боевых искусств их немного. Я вот все думаю теперь об этом… знаете, украшение на ее лбу по форме напоминало полумесяц.

— Ты хочешь сказать, что она и есть Белая Фэнси? – Хуан Чао слегка удивился, затем вдруг вспомнил их недавний поединок. В мире немного людей, способных сражаться с ним на равных, особенно женщин. Он внезапно все осознал и не мог не усмехнуться: – Вот это Белая Фэнси! Эх, мы оба были введены в заблуждение словами «несравненное изящество», думая, что Белая Фэнси должна быть выдающейся красавицей. Но даже грязная и неопрятная, она все равно излучает свет – разве это не «несравненное изящество»? Сколько в мире женщин с такими выдающимися боевыми навыками? Я должен был догадаться раньше.