Онлайн книга «Гибнущий мир»
|
— Лаэт, что нам делать дальше? – спросил Квинт, едва оказался рядом. Фэнрис никак не отреагировал, продолжая безмолвствовать. Минос отрешенно смотрел в сторону своих бывших товарищей, которые, продолжая бороться, рубили подступающих к ним людей. — Построение каре! Мы вчетвером пойдем в центре! Защищать лаэта! Возвращаемся в лагерь! Ко всеобщему удивлению, команду отдал Квинт. Несмотря на заполнявшую его неуверенность, он смог перекричать шум сражения. Он встал перед воинами лорда и Аяза, приготовившись к спорам и препирательствам, но те, получив приказ, с готовностью построились. Растерянность в их глазах вмиг сменилась решимостью и готовностью защищать. * * * Дни после ареста Юй Хэна тянулись медленно. Фэнрис стал раздражительным и угрюмым. Он почти ни с кем не разговаривал и занимался какими-то одному ему известными делами. Айрин была расстроенной и рассеянной. Квинт постоянно куда-то уходил и чаще всего возвращался изрядно помятым и непривычно тихим. Его снедало чувство вины. Город постепенно восстанавливался: рынки заработали в тот же день, ближе к закату, перекрытые улицы открыли. Горожане начали выходить из своих домов без опаски, и вскоре Цзиньшу наполнился прежним шумом и гомоном. О случившемся напоминали разве что следы крови на площади перед наполовину сгоревшим поместьем Юй да раздающиеся тут и там шепотки сплетниц. Главу Цзяо заключили под стражу. Ло Фэнси лично отдала приказ и сопроводила его в темницу. На ее лице застыла маска безразличия, ни одно оскорбление, слетевшее с языка старика, не достигло цели. Юй Чжэюань отдал закладные на дом главе Цзи без какой-либо оплаты или призрачного намека на ее обещание, чтобы сохранить достоинство. Все же дом Цзи не стал поддерживать Юй Хэна даже под страхом полного уничтожения рода. Газ-ан-Далад остался ни с чем. Целый отряд клановых воинов погиб у ворот поместья Юй. Умереть вдали от родных стен не было чем-то необычным, почетная обязанность отомстить за подобное ложилась на кшатри, но не в этот раз. Дела между главой Юй и Зейдом велись втайне, месть будет приравниваться к нарушению нейтралитета Цзиньшу. Газ-ан-Далад никогда на такое не пойдет. Минос, прохаживаясь по улицам в поисках выживших газдаладцев, если таковые вообще были, подозревал, что новость о его местонахождении и о случившемся в Цзиньшу пока не ушла далеко за пределы города. Зейд слишком умен, чтобы погибнуть здесь вместе с остальными, так что он был где-то на полпути от Цзиньшу, и затишье не могло длиться вечно. Мысли о Зейде причиняли ему ни с чем не сравнимую боль. Он был его другом, но теперь от этой дружбы остались одни воспоминания. И сколько бы от них ни сжималось сердце, о прежних временах нужно забыть. Теперь они были по разные стороны. Зейд не успокоится, пока не найдет его, пока не лишит жизни, перед этим отняв то, что стало ему дорогим. Миносу было сложно признаться себе, но он привык к мысли о спокойной жизни и собственном доме где-то в будущем. Однако он не мог рисковать и навлекать неприятности на Аталейн. Он ждал момента, когда сможет безболезненно уйти. Заново смириться с тем, что всю жизнь придется скитаться, было тяжело. * * * Тусклый свет лампы освещал половину комнаты, позволяя разглядеть лишь часть собравшихся. Айрин не сводила с чужака пристального взгляда. До того как Минос его привел, она с Фэнрисом работала над отчетами и сопроводительными письмами, о чем свидетельствовали разложенные на столе бумаги. Квинт изваянием застыл недалеко от Айрин. |