Онлайн книга «Последний берег»
|
Снова треснуло током, снова вздрогнул, но на этот раз не упал. После каждого шага — одышка как после стометровки. Загудело в животе, снова затошнило. Опять голова раскалывается, кашель. Сколько он так прополз? Несколько метров? А сколько впереди? Километр? Два? Десять? О том, чтобы бросить своих товарищей в этой вьюге, он даже не думал. Во-первых, друзья так не поступают, а во-вторых, даже если он и выберется куда-нибудь без них — что он дальше будет делать один? Тоже сгинет — только чуть позже. Он упал. Вспомнил рассказы Влада про людей, уходивших сюда, в этот ледяной ураган, и не возвращавшихся. Вспомнил историю о том, как Влад вытянул на себя пустую веревку, вспомнил свой посёлок, свою избушку, соплеменников, лица родителей, друзей, еще недавно живых и полных сил, верного пса Мишу, Петровича, Таню, тетрадку, стычки с врагами, удар прикладом, ледокол, прошлую жизнь в городе, универ, квартиру, вид из окна тринадцатого этажа, парк через дорогу, щебетанье птиц, мяуканье кошек, лай собак. На глазах выступили слезы, потекли вниз и тут же замерзли, оставив две холодные царапины на щеках. Максим поднял глаза, увидел пляж, бесконечное море, надувной мяч, жужжание дельтаплана в голубом небе, соленый ветерок, снова собачий лай. «Хочу домой, — мелькнуло в голове у Максима, — на родину, если она осталась. Не может же быть такого, чтобы мир заканчивался здесь! Что с остальным миром?» Он сказал себе, что если остался только этот облезлый дикий остров, то тогда и жить незачем». Ему уже было не холодно и не страшно. Он лежал и смотрел в белый туман, в белое гудящее никуда. Его упряжь из груды тел не давала ему продвинуться вперед ни на шаг. «Эй! — заорал он в отчаянии из последних сил, — Эй! Кто-нибудь!» Потом засмеялся и прибавил: «Умираю, но не сдаюсь!» Белая вьюга ответила все тем же свистом, а ветер хлестнул по лицу, ошпарил холодом сквозь очки. «Эй! — не умолкал Максим, — Сюда! Кто-нибудь!» Его крик утонул в ледяной мгле. Глава 17 Вьюга выла и визжала, море белого тумана хлестало колючим градом. Собачий лай над ухом вырвал Максима из холодных объятий смерти. Он открыл глаза — Миша тыкался ему в лицо носом, пытался лизнуть, лаял сквозь вьюгу. Потом вцепился зубами в его капюшон и потащил вперёд. Но сдвинуть с места взрослого человека, да еще и тащившего за собой четверых других, старый пёс не мог. Максим схватил пса за болтающийся поводок, привстал с живота на четвереньки, и Миша тут же, на удивление легко, потянул его вперед. Максим встал на ноги, пошатнулся, но не упал. Вгляделся в смутные очертания в белом тумане, нагнулся к Мише. Пёс вцепился в капюшон Кирилла и в упор смотрел на Максима — словно просил помочь. «Как же он вернулся? — недоумевал Максим, — услышал или нюх его привел? Значит, вместе всех вытащим, по очереди. Сейчас Кирилла, потом Влада, потом девчонок. Пёс проведет». Максим выпустил из рук ремни карабинов, за которые тянул Марту и Таню, и потащил Влада с Кириллом, связанных друг с другом веревкой. Точнее, Максим волочил тела друзей, а Миша указывал дорогу, то и дело утыкаясь Максиму мордой в лоб, чтобы тот его не потерял из виду и не отстал. Вскоре Максим почувствовал, что вьюга стихает. Ветер гудит уже не так громко, а мороз не раздирает кожу. Наконец, видимость улучшилась — с расстояния вытянутой руки метров до трех. Максим уже видел Мишу в нескольких шагах от себя, а не только в упор. |