Книга Сквозь Мглу, страница 71 – Ник Юхарт

Техник, которого звали Идан, если верить полустертой нашивке на комбезе, рассмеялся. Смех был сухим, как кашель.

— В моем предложении нет лобовых атак. Только взаимовыгодный обмен. Я знаю старые тропы. Вы мне — вход и выход. Вы мне — детали. А я вам — то, что откроет любые двери в Тракте.

— Конкретнее, — вмешался Паркон. — Что за детали? И что мы получим? Не просто ведь «спасибо».

Идан наклонился вперед, понизив голос.

— Мне нужен сервопривод для калибратора модели «Закари-4» и пара эмиттеров из обогащенной эхо-стали. Они лежат в моей мастерской, в переулке за баром «Пенящееся у Пагондора», местные называют коротко — «Пепа». Это самый центр Парового Тракта. — Он сделал паузу, давая нам осознать масштаб задницы, в которую предлагает залезть. — А взамен… Вы получите чистые бланки пропуска Геотермального Профсоюза. С печатями и магнитной полосой. Мой станок может их прошить. Но калибратор, который печатает голограммы, сдох. Эмиттеры нужны для него.

— Как мы туда попадем, если район оцеплен? — спросил я прищурившись.

— Есть старый тех-тоннель. Обслуживал еще первые котлы, до Великой Перестройки. Сырой, вонючий, но выводит прямо в подвал общественной бани, в квартале от моей норы. Патрули туда не суются — боятся газа и обвалов.

— Газа?

— Метан, старые испарения. Дышать через раз, огнем не светить.

Мы переглянулись с Парконом. В глазах старика увидел готовность встать и идти.

— Договорились, — я протянул руку Идану. — Но кроме пропусков, ты сделаешь мне карту с маршрутом. С блокпостами, мёртвыми зонами и закоулками. И расскажешь про этот «Закари-4» всё, чтобы я не притащил тебе тостер вместо привода.

Механическая рука Идана с лязгом сжала мою ладонь.

— По рукам, парень. Только учтите: в тоннеле темно. И крысы там — не самое страшное. Иногда в старых тоннелях встречаются те, кто… не любят гостей.

— Не учи дедушку кашлять, — съязвил я в ответ, вырывая руку. — Рисуй карту.

Идан набрасывал схему, то и дело вскидывая на нас короткий, колючий взгляд. Оценивающий. В этом молчании чувствовалась недосказанность. На кой черт технику, забитому в эту глушь, сдался подпольный станок для печати пропусков? Штампует билеты в один конец за баснословные деньги? И почему он так технично отсиживается в тени, пока его вчерашние коллеги по цеху играют в революцию? Впрочем, плевать. Оставлю это на Паркона, пусть разберётся. Главное — у меня появилась новая, не абстрактная цель.

Буквально на днях бахвалился голубоглазой стерве, как завязываю с прошлым. И вот я строю планы по инфильтрации и сую голову в петлю. Патологическое лицемерие.

— Блестящий план, Идан. Надежный, как острожские часы, пропущенные через мясорубку. Продолжай, — процедил я с насмешкой.

Техник нервно дернул плечом, продолжая скрести стилусом по потрепанной схеме, бормоча себе под нос про патрульные маршруты и слепые зоны. Я слушал его вполуха. Собственные мысли были поглощены Парконом: представлял его со свежей раной в боку, плетущегося по узким, заваленным мусором тоннелям, цепляющегося за скользкие стены. Он станет там обузой, который утащит нас обоих на дно.

Когда техник закончил и протянул мне свернутую в трубку карту, я перехватил взгляд вояки. Паркон уже поднялся. В его выцветших глазах застыла та спокойная решимость.