Книга Турнир Родов, страница 15 – Дм Норт

— Потом. Сначала Москва должна закончить свои бумаги. Здесь даже мёртвому Великому Роду нельзя просто уехать домой.

Они вышли на вокзальную площадь. У извозчиков, газетчиков и торговцев на поясах висели маленькие жестяные коробочки. Из одной, открытой на секунду, Игорь увидел мух и сверчков.

— Что это?

Илья даже не посмотрел.

— Корм.

У соседнего киоска торговец как раз продавал маленькую коробочку человеку с дорогими часами.

— Для часов, счётчиков, карманных вентиляторов. В Москве проще купить десяток мух, чем искать, почему механизм начал отставать.

Нуня посмотрел на коробочки с интересом.

— Очень практичный город.

— Не ешь чужие часы, — сказал Игорь.

— Какая у тебя низкая вера в меня.

Москва шумела вокруг, телеграфные экипажи проносились мимо, и на нескольких газетных листах уже было лицо Игоря. Утром он ещё ехал в столицу как человек без роли. К полудню город обсуждал, станет ли он одним из шестнадцати участников Турнира.

* * *

Московский особняк Остроумовых находился на тихой улице недалеко от центра. Снаружи он выглядел значительно лучше псковской усадьбы: светлый камень, колонны, бронзовый герб, высокие окна. Первые десять минут Игорь даже решил, что отец преувеличивал бедность семьи. Потом Илья начал открывать двери. За первой стояла мебель под белыми чехлами. За второй — пустая гостиная. В третьей висела дорогая бесовая люстра, но кормовой отсек под стеной был открыт и пуст. Старые часы показывали без четверти три и, судя по пыли, показывали это уже несколько лет.

— Здесь никто не живёт? — спросил Игорь.

— Жить можно. Кормить нельзя.

Илья открыл маленькую сервисную дверцу в стене.

— Эти лампы требуют пять бесов. Часы — двух. Подъёмник для белья — ещё шесть. Закрываешь половину дома и получаешь три десятка бесов для предприятий. Когда у тебя сорок миллионов, можно освещать пустые комнаты. Когда два — начинаешь считать.

Нуня заглянул внутрь комнаты.

— Московские Остроумовы богаче псковских.

— Почему?

— Здесь бедность дальше от входной двери.

Илья посмотрел на него.

— Этот мне нравится больше Болта.

Нуня расправил плечи.

— Наконец-то столичный человек с хорошим вкусом.

В жилой части дома всё ещё сохранялось старое богатство. Мраморная лестница, библиотека в два этажа, семейные портреты, ковры, слишком большие для комнат, где их теперь оставили. Но слуг было мало, в коридорах горела каждая третья лампа, и почти у каждой двери стояла маленькая табличка с временем работы механизмов. Илья управлял домом как фабрикой, которая должна пережить ещё один месяц. В кабинете он протянул Игорю телеграмму. «Состояние князя Фёдора не позволяет поездку. Решения принимать совместно. Беречь Игоря».

— Что с ним?

— Сердце. Не первый приступ. Врач запретил дорогу.

Игорь перечитал короткий текст.

— Значит, он не приедет.

— Значит, не приедет.

Это было первое решение, которое Игорь хотел бы снова отдать отцу. Илья сел за стол и положил рядом нераспечатанное письмо Фёдора.

— Теперь рассказывай.

Игорь начал с ресторана. Илья несколько раз останавливал его на вещах, которые казались неважными. Кто сидел рядом с Долгоруким. Подходил ли кто-нибудь к нему до разговора. Когда появился его бес. С кем князь вышел на станцию. Кто стоял возле площадки.

— Я не запоминал всех.