Онлайн книга «Резкий поворот»
|
— Привет подруга, как дела? — Она даже не старается как-то маскировать свои действия, ибо пока звенят лепестки оскверненного демонами Цвета, ее действия кажутся предельно нормальными для всех, кто внутри поля, а все те, кто снаружи, попадают под мощнейший отвод глаз, не говоря уж о насильно встроенном в структуру реликвии маскировочном куполе, что не дает просочится наружу ни эманациям демоническим, ни следам боевой магии. Все же эту реликвию оскверняли и переделывали именно под устранение и нейтрализацию людского архимагистра, пусть и несколько преждевременно таковым прозванного. — Очень-очень рада тебя видеть, соскучилась сильно, милая моя… — Привет, Лили… — От ее голоса и тщательно дозированных аурных уколов-касаний к нужным участкам тонкого тела, многоликая уже поплыла, теряя волю и осознание ситуации. — Тоже рада тебя ви-м-м-м-м-м… Три пальца десницы ее оказываться во рту перевертыша, какая рефлекторно принялась их облизывать, а ведь кожа ее уже накопила выделяемый телом особый секрет — обычному одаренному мясу хватило бы поцеловать ей ручку, чтобы лишится воли, разума и сознания. Эту приходится накачивать полноценным коктейлем, для кого иного вовсе смертельным, хоть та смерть и будет приятной. Легкая откачка праны, какую столь насыщенная жизнью многоликая просто не замечает, угнетение участков мозга и ауры, отвечающих за интеллект и высшую мыслительную деятельность, вытягивание наверх самых примитивных и низменных инстинктов, звериного начала, а после приручение оного. Спустя примерно семь минут, за время каких парочка оставшихся жертв обсуждает способы как можно эффективнее вывести из строя центральный свето-шпиль небоскреба, многоликая уже стоит на коленях, высунув язык и закатив глаза, капая слюнями и чуть слышно поскуливая. В иной ситуации ей бы понадобилось куда больше времени, чтобы так обработать столь сильную жертву, даже если ту надежно закрепить, сковать и опоить, но Цвет Оскверненный был могуч, очень могуч. Жертва просто не сопротивлялась, не оказывала даже инстинктивного противодействия, не видя атаки, не осознавая самой возможности атаки от надетого ею образа. А еще, конечно же, играла роль совершенная необученность столь сильной многоликой, спору нет. Суккуба едва держала себя в руках, так ей хотелось начать осушать эту тупую дрянь прямо сейчас, несмотря на весь самоконтроль хотелось. Вместо этого она улыбается, неспешно шагая к влюбленно пялящемуся на нее ветрами владеющему, опасаясь его сильнее прочих. Он слишком могуч, его аура чрезмерно плотна и непокорна даже под тисками Цвета, ей до крика важно спеленать именно его, как можно быстрее спеленать, потому что она не может быть уверена в том, сколько продержит его реликвия. Даже многоликую она убрала из уравнения только потому, что та была наиболее простой из целей, буквально идеальной для ее мастерства. Выбирая же между оставшимися двумя — выбор очевиден настолько, что его даже обдумывать нет смысла. Кивнув равнодушно проведшему ее взглядом универсалу, подмигнув чуть задумчиво смотрящей младшей сестре в пороке, какая, теперь она видела точно, была вовсе полукровкой, а не истинной суккубой, она начинает первый из тактов навеивания. — Дык, Лили, а чаво, ты, того-этого, так на меня, дык, смотришь? — Все же вырывается он, пусть и неосознанно, пусть сам того не желая, выскальзывает, как угорь в руках рыболова, а значит она выбрала верно, ибо не попади он в фокус Цвета, то уже бы соскользнул с крюка. — Ды-ы-ы-ык… |