Онлайн книга «Резкий поворот»
|
— Ой, милый, я просто очень сильно тебя люблю, дышать не могу, не обняв и не поцеловав тебя, дорогой мой. — Она продолжает говорить, щебетать, выдавая три одновременных неслышных тона, окутывая весь дом сплошным коконом акустической магии, что было еще одним поводом выключать прежде всех именно перевертыша. — Дай только тебя поцелую, дорогуша… — Дык, оно-то можно, но, ух, мы же тут, значит, дела, дык, обсуждаем… — Все, все он готов, теперь только заткнуть рот поцелуем, накачать любовным эфиром, уже накопленным по всей поверхности губ, а после не поможет и вся его сила. — Ы-ы-ы-ы… Среагировать она успела чисто рефлекторно и только потому, что ее противник тоже проявил не особую-то и расторопность. Первым делом ее, все еще пребывающую в максимальной концентрации на цели и оттого вообще не оставляющей места на посторонние мысли и наблюдения, отвлекла атака вовсе не на нее. Громкое и мелодичное «Ла-а-а-а-а!» не просто звуком было — это была та самая песнь и глас подавления воли, какую применяла она сама! Да, более примитивная, простая и всего в одном параллельном тоне, а не полноценная сеть, но и не целила эта атака на ее волю, нет. Мелкая полукровная дрянь ударила по выплетенной сети контроля, какую высшая демоница поддерживала с таким тщанием и трудом. Это было мимолетное, едва заметное воздействие и она без труда перехватила контроль над столь привычной и заученной мелодией, с каким-то недоумением узнавая в ней… собственную. Змеей развернувшись на носках она сконцентрировала часть ума на этой дряни, просканировав ее через наложенный грим и скрадывающие фигуру одежды и, с некоторым удивлением, какое стоило бы назвать воистину огромным, опознала один из плодов собственного чрева. Она настолько удивилась, что даже не сразу поняла, что ее атакуют еще раз! Блок рукой она поставила на рефлексах первобытной сущности вечно голодного низшего импа, прикрывая и голову, и вплетенный в волосы цветок, принимая удар кулака на предплечье. Морок-иллюзию с ее тела сорвало мгновенно, как тряпку, мигом позже пришла боль в сломанных костях физического тела, а также неприятное ноющее онемение в теле энергетическом — касание кулака словно терзало ауру, замедляло ее, перекручивало отдельные узлы, закачивало в глубины тонких тел ядовитую силу смерти и еще пыталось выжечь на коже отсекающую фигуру-глиф, дестабилизируя опору демоницы в тварном мире. Одновременно, ангелы небесные его, универсала распроклятого, дери перьями пылающими! Отшатнувшись суккуба пропускает второй удар, причем пропускает уже полноценно — маг, сосредоточенно и совершенно спокойно глядящий на нее, очевидно, отключил вообще все эмоции, гормоны, чувства и даже, казалось, душу сделал предельно стабильной и неспособной испытывать чувства. В любом случае морок Цвета он если не сбросил, то изрядно ослабил! Как⁉ Как так-то⁉ Ей обещали, она знала, проверяла — эта реликвия должна была надежно спеленать любого магистра, а также немалую часть архимагистров, что послабее. Она бы поняла, сорвись с крючка «возлюбленный» ее образа, но не этот же — он просто не мог, никак не мог, это же божественное чудо! Там должна быть нереально высокая даже для магистра, даже для колдующего костяка или кровохлеба, сопротивляемость, чтобы хотя бы заметить ее воздействие… какое ему подсветила своим выкриком эта мелкая, мерзкая, гадкая дрянь! |