Онлайн книга «Дружественные интриги»
|
Прервать свою речь Олегу пришлось благодаря резкой вспышке чувства опасности. Прижавшийся к стене здания чародей едва избежал целого ведра помоев, которое какая-то бабка без тени сомнения выплеснула на улицу через распахнутое окно второго этажа, лишь по счастливой случайности не задев второго человека в городе и тем самым не обеспечив себе и прочим обитателям этого дома экстренное вынесение смертного приговора за все хорошее. Да и сам жилой массив, пожалуй, мог бы оказаться напрочь снесен разгневанным Бонопартом… Центр Парижа блистал чистотой, комфортом, светом, безопасностью и цивилизацией. В район дальних доков, вплотную примыкающих к границам накрывающего столицу Франции барьера, ничего этого не было. Совсем не было. Даже близко не было. Словно эти места и окрестности Эйфелевой башни находятся на разных континентах, а может даже и вообще смещены в какое-то иное измерение относительно друг друга. Стоящие тут и там громадные фабричные комплексы, обнесенные высокими заборами, без перерыва гудели и лязгали какими-то механизмами и извергали из труб струи дыма, воняющего не только обычной гарью, но и явно токсичными химикатами. Воды реки Сены, текущие к побережью, по своей консистенции напоминали скорее какую-то мерзкую полутвердую болотную жижу и смердели от смеси извергаемых мегаполисом нечистот и промышленных отходов до такой степени, что иногда не по себе становилось даже сопровождавшим Олега индусам-телохранителям, казалось бы привыкшим к самым страшным помойкам своей родины. Кривобокие здания в два или три этажа, построенные как придется, а после не раз и не два становившиеся жертвами пожаров, ремонтов и не до конца законченных перестроек, когда-то были покрыты побелкой, но ныне пестрели от пятен от подвалов до чердаков, причем среди отметин не так уж редко попадались следы крови или пуль. Многолетние кучи мусора, иной раз вполне достойные называться курганами, заполняли собою узкие мрачные переулки. Обитатели этих джунглей большого города своему месту жительства соответстововали на все сто процентов. Громко и нагло жужжали жирные мухи, перепархивающие с одной груды пищевых и бытовых отходов на другую. Важно шевелили длинными усами многочисленные тараканы, высовывающиеся из этих монументальных нагромождений. Сновали туда-сюда крупные наглые крысы, иной раз достигающие тридцати сантиметров в длину даже без учета хвоста и как правило передвигающиеся стайками от пяти до пятнадцати особей, а потому вполне способными стремительным броском обглодать до костей одинокого ребенка или же взрослого, который валяется где-нибудь на земле, поскольку мертв, пьян или просто болен и не способен от них защититься. И на помощь со стороны прохожих рассчитывать жертвам звериной агрессии особо не приходилось, судя по тому как голодно зыркали на окружающих кутающиеся в лохмотья многочисленные тощие как палки нищие обоих полов, с какой усталой равнодушной безысходностью взирали на все подряд рабочие, не такие тощие, но носящие усеянные заплатками грубые робы и каким злобным превосходством лучились местные бандиты, не убирая далеко рук от висящих на поясе ножей и примитивных кремниевых пистолей, ослабевшего собрата тут прибежавшие на крики люди скорее всего решили бы добить, в надежде отыскать у того в карманах хоть парочку медных монеток или же загнать его обувь старьевщику примерно за ту же сумму. А может быть и освежевать, чтобы потом списать на грызунов недостаток мяса на костях. |