Онлайн книга «Ветер и Правда. Том 2»
|
— Почему? – спросил Далинар. – Почему ты колеблешься? «Я… люди… боль… вот только…» Далинару вспышкой явилось откровение: двое держат самосветную темницу. Соединяющий Разумы. Сын Шипов. На краю пресловутого утеса – и будущего, которого не смог предусмотреть никто, даже боги. * * * Ренарин и Рлайн высоко подняли самосвет. Рлайн настроился на ритм непреклонности, держа руку возле руки Ренарина и радуясь, что рядом с ним сейчас стоит этот человек. Шаллан крикнула им остановиться. Оба взглянули на нее, потом друг на друга. И проигнорировали ее призывы. — Уверен? – спросил Ренарин. — Да. А ты? — Да, – сказал Ренарин в ритме непреклонности. Вдвоем они обрушили самосвет на пол, где тот разлетелся вдребезги, и из него высвободилась темная буря. 141. То, что было утрачено Я нахожу, что любопытный эффект, который оказывает на индивидов Черный Меч, плохо описан. Действительно, многие, взяв его в руки, испытывают тошноту, что является признаком сердца, не испорченного алчностью. Соответственно, другие алчностью испорчены. Наибольший же интерес вызывают промежуточные случаи. Те, кто не испытывает ни ту, ни другую эмоцию. Те, кто может использовать меч, но проходит по тонкой грани его клинка. Каладин стоял позади вместе с Сил, наблюдая, как сражается Сзет, и удивлялся. Человек в одиночку противостоял шести носителям Чести, и в сравнении с ним они выглядели малыми детьми. Одна, камнестражница, подняла каменную стену, а он просто использовал ее в качестве прогулочной аллеи, взбежав по ней вверх. Когда он перевалил через гребень и камень попытался окутать его, Кровь Ночи уничтожил его, обратив в облако черного дыма. Сзет приземлился посреди пятерых противников и стал с легкостью отбивать их удары, высекая искры из их клинков, зазубривая их, отбрасывая врагов назад. Он разгонял противников, но они снова спешили в атаку. Всякий раз Сзет выжимал преимущество против превосходящих сил. Он двигался как ветер и вместе с ветром. Когда камнестражница попыталась его схватить, он скользнул по земле и коснулся ее ноги. Женщина косо взвилась в воздух. — Ему помогает Ветер… – шепнул Каладин. «Нет. Мы его боимся». Вздрогнув, Каладин начал озираться по сторонам и увидел зависшие вокруг него искристые точки. Спрены ветра? Его броня. Раньше они никогда с ним не разговаривали. Но если это спрены его брони… почему их так много? Они проступали и блекли, исчезали, едва он успевал заметить их в воздухе. Он ощутил… Тысячи. Они наблюдали с другой стороны. А с ними и сама Ветер, древняя душа Рошара. Словно весь ветер Рошара задержал дыхание здесь, в этот момент. Через спренов он ощутил, как дрожит земля к востоку. В Уритиру происходило что-то ужасное. * * * Далинар почувствовал, в какое мгновение Ренарин с Рлайном выпустили Ба-Адо-Мишрам. Длительная дисгармоничная нота, от которой душа Рошара вибрировала самым кошмарным образом, наконец оборвалась. Нечто сломанное – и бывшее таким очень, очень долгое время – починилось. Окруженный силой Чести, Далинар прошагал к Вражде. Он увидел ее – истинную честь в стараниях двух молодых людей исправить ошибку древности. В том, как молодой копейщик поднялся на ноги во тьме. В человеке, вместе с друзьями вставшем на защиту чужого города. В светоплетельщице, отринувшей ложь и принявшей правду. Даже в твердой решимости королевы стать лучше, вопреки ее прежним заблуждениям. |