Книга Ветер и Правда. Том 2, страница 78 – Брендон Сандерсон

— Это нас сокрушит, – прошептал Кушкам. – Я не выскажу эти страхи даже своим высшим офицерам, но вам… – Он взглянул на Адолина. – Что нам делать?

У Адолина разрывалось сердце, потому что ответа не было. Он будто снова вернулся в Холинар в момент его падения. Потом откуда-то издалека до его сознания донесся шепот Майи. Три слова.

«Держись. Помощь идет».

Он не поддастся отчаянию, шквал побери!

— Помощь придет, – пообещал он Кушкаму.

— Ваш спрен? – уточнил азирец. – Когда она вернется?

— Не знаю.

— Но что толку нам от спренов чести? Да, Нотум полезен, но нам не нужно больше разведчиков, а на Сияющие узы у нас нет времени.

Адолин помедлил в нерешительности.

«Помощь идет», – повторила Майя.

— Нам нужно продержаться, – сказал Адолин.

— Чудо? Вы это обещаете?

Чудо? Адолин затруднялся с ответом. Он доверял Майе, но чем больше размышлял о том, о чем ее попросил – привести еще спренов чести, – тем меньше казалось, что это поможет.

Шквал побери! По идее, он должен быть в состоянии защитить город и без этого. Он же сын Черного Шипа. Отец бы нашел способ.

— Врагу недостаточно просто нас разбить, – сказал Адолин. – Ему нужно удержать город. Может, нам удастся победить, даже если потеряем купол. Я все еще не получил внятного определения с точки зрения закона, что значит «удержать город». Мои и ваши письмоводители ходят кругами по относящимся к вопросу законодательным актам.

— Скорее всего это означает захват дворца и удержание самого трона, – ответил Кушкам. – «Покуда император занимает трон, стоит Азир».

Адолин наклонил голову, припомнив, что слышал ту же самую фразу от Нуры.

— Это что, расхожее выражение в вашем народе?

— Да. Три столетия назад, во время беспорядков после падения династии Дускква, его подтвердили при дворе. Одна семья попыталась назначить столицей-соперницей другой город, но судьи признали истинно правящей ту семью, которая удерживала дворец и конкретно – тронный зал.

Адолин улыбнулся:

— Зарб, порой вы говорите как Ясна. Никогда, наверное, не привыкну к тому, что вам всем приходится учить историю, чтобы стать солдатами.

— Это дает некоторые преимущества, – ответил Кушкам. – В то же время алетийский метод по-своему чарует. Вы не тратите время на обучение мужчин письму или пению. Вы засовываете их в доспехи, даете в руки меч и учите убивать. Не зря из всех армий мира больше всего боятся вашей.

— Что ж, если вы правы насчет трона, то нам известна их цель. Нашим вторым рубежом обороны должен стать дворец.

— Знай цели своего врага, – произнес Кушкам. – Это всегда дает преимущество. Я подумаю над тем, как укрепить этот рубеж, однако… если дела и дальше пойдут так же, как сейчас, нам может просто не хватить войск для защиты стен дворца. А пока я хочу убедиться, что наши резервы готовы к сегодняшнему прорыву.

Адолин кивнул и удалился, намереваясь проведать свой доспех. Однако, проходя по балкону, он наткнулся на юную азирку, с трудом натягивавшую лук. Он подавил зевок, кивая Мэй Аладар, и попытался припомнить имя девчонки.

Забра. Точно.

— Труднее, чем кажется, да, Забра? – спросил Адолин.

— Его сделали слишком тугим, – пожаловалась она. – Я знаю, есть луки с меньшим натяжением.

— Мы сражаемся с певцами, – пояснил он. – В основном с боевыми формами. У них хорошее снаряжение и природная броня. Чтобы иметь хоть какие-то шансы их уложить, нам нужны луки с хорошей силой натяжения.