Книга Золотой лук. Книга II. Всё бывает, страница 27 – Генри Лайон Олди

Да, шляпа. В такой же объявился Гермий, когда я впервые его увидел. Воспоминание не из приятных, но больше мне нечем было прикрыть голову — и лицо, насколько возможно.

Краем глаза я заметил движение. Двор напоминал деловитый муравейник, все куда-то шли, что-то тащили, несли, торопились, прохаживались, но это движение было иным, особенным. Целенаправленным? Опасным? Двусмысленным?

Не знаю.

Циклоп пересекал двор наискось, как боевой корабль — залив. Перед абантом расступались морские волны, прыскали прочь мелкие рыбешки, снимались с воды рыбачившие чайки. Порт назначения корабля сомнений не вызывал: портик, давший укрытие жене ванакта.

Абант подошел, встал на рейде — в пяти шагах от Сфенебеи.

— Радуйся, госпожа.

Странным образом его негромкий хрипловатый голос выделился из общего гомона. Я расслышал сказанное с двадцати шагов. Зато ответ Сфенебеи растворился в шуме без следа.

— Прости мою дерзость, госпожа. Ответь, зачем тебе эти двое меднолобых?

Надо же, Циклопа тоже заинтересовали телохранители ванактиссы. Не слишком ли напоказ он спрашивает? Не в открытую ли грубит? Вокруг полно досужих ушей, включая мои. На меднолобых кто угодно обидится.

Две закованные в металл колонны не шелохнулись.

— Зачем спрашивать очевидное? — на этот раз я расслышал ответ Сфенебеи. — Разве тебе не известно, что владык сопровождает охрана?

— Тебе угрожает опасность, госпожа? Здесь, во дворце твоего мужа?

Мои мысли, мои невысказанные вопросы. Сейчас они звучали из чужих уст. По правде, я бы предпочел, чтоб их озвучил кто-нибудь другой.

— Охрана лишней не бывает, — Сфенебея сделала шаг навстречу Циклопу. — Тебе ли не знать? От одного взгляда на моих великанов дурные мысли трусливо поджимают хвосты.

— Ты ошибаешься, госпожа. При взгляде на твоих истуканов дурные мысли скалят клыки и заходятся лаем.

— Вот как?

Кажется, Сфенебея заинтересовалась.

— И что же, по-твоему, хотят эти дурные, эти храбрые мысли?

— Дать тебе добрый совет, госпожа. Замени своих болванов на кого-нибудь пошустрее. Злоумышляй на тебя кто-то, знающий толк в таких делах, и ты уже спускалась бы в Аид. А эти двое тащились бы следом.

— Ты настолько низкого мнения о моих телохранителях?

— Об этих медных толосах? Ха! Ты даже не представляешь, насколько, госпожа. Лучше бы тебе нанять кого-нибудь из моего племени, с достославной Эвбеи. Я готов посоветовать настоящих воинов.

— В твоих словах звучит гордость за свой народ.

— Это правда.

— Не слишком ли ее много?

Почему Сфенебея не прогонит наглеца? К чему жене ванакта ввязываться в бессмысленный спор? Слушать, как поносят ее телохранителей? Не знаю, как Сфенебея, но кое у кого терпение уже лопалось. Хмурили брови, кусали губы свободные от смены стражники. Голый по пояс здоровяк — борец, не иначе! — сжал кулаки-кувалды. Кому по нраву, когда чужак бранит своих? Похоже, ликийцев в Аргосе давно считали своими.

— Ты права, госпожа, — Циклоп лоснился от удовольствия.

Злоба окружающих кормила его медом и поила вином. Время от времени я ловил на себе косой взгляд единственного глаза абанта. Твой мед слаще, говорил этот взгляд. Твое вино пьянее. Угостишь ли и ты меня?

— К чему пустые слова? Проверим на деле, стоят ли они своей соли?

Сфенебея звонко рассмеялась:

— Ты собираешься напасть на меня? Здесь? Сейчас?!