Онлайн книга «Внук Персея. Книга вторая. Сын хромого Алкея»
|
— Едут! Едут! Амфитрион птицей взлетел на галерею. Со стороны Эпидавра на Тиринф надвигалось облако пыли. Гигантская сколопендра ползла, не помещаясь на дороге. Ее отвислые бока волочились по обочинам. В пыльном мареве тускло отблескивали сегменты панциря. При ближайшем рассмотрении сколопендра распалась на вереницу груженых повозок, десяток колесниц, сотню воинов и слуг — и дальше, дальше: табун лошадей, стадо коров, бесконечная отара овец, рекой текущая из-за холмов… — Твоя добыча? Дядя вырос за плечом. — Откупное. Боятся, что я вернусь в Трезены. — За их троносом? — Нет. Ем много, не прокормят. — Смешно, — оценил Электрион. — Шути, племянник, сегодня твой день… Он одобрительно хлопнул Амфитриона по спине. — Пойду вниз, встречу. Легко, словно был обут в крылатые сандалии, Амфитрион сбежал по ступенькам. Микенский ванакт начал спускаться следом — не торопясь, с достоинством. «Запрягать лошадей?» — сунулся к нему конюх из свиты. «Позже,» — отмахнулся Электрион. Желание взглянуть на добычу племянника пересилило. Наглый Пелопс обождет. И сынки Пелопсовы обождут. В Тиринфе праздник, надо уважить родича… — Радуйтесь! — закричал Амфитрион, выбежав за ворота. — Вы дома, живые и с добычей! В ответ громыхнул мощный хор голосов: — Радуйся, лавагет! — Радуемся! — басил Тритон, ухмыляясь. Подавая пример, детина честно радовался — сиял надраенной медяшкой. — Откуда у пиратов такие богатства? — заинтересовался дядя, догнав Амфитриона. — Ты пугаешь меня, родич! Неужели ты по пути ограбил Мидею с Лессой? Учти, Мидею я обещал Пелопидам… — Цела твоя Мидея. В Орее кое-кто решил телебоев поддержать. Политики, Танат их забери! — Амфитрион искоса глянул на подошедшего Сфенела. Слушаешь? Вот она, твоя «политика»: на телегах в Тиринф едет. — В итоге расплатились с лихвой. Ну и Питфей расщедрился… За Сфенелом увязалось все семейство младшего Персеида. Жена смеялась, всплескивая руками. Дочки бросились к повозке, груженой трофеями: щупать и восторгаться. Сфенел хмурился: зависть грызла сердце. — Папа, мама! Смотрите, какой пояс! — Красненький! — С бахромой! — Братик Амфитрион! Можно мне… Амфитрион махнул рукой: бери, не жалко! — Кыш отсюда! — суровый окрик Сфенела превратил дочек в испуганных цыплят. — Вы что, нищие? Отца позорить вздумали?! Попрошайки! — Медуза! — опомнилась жена. — Алкиона! Идите к маме… Алкиона отошла, надув губки. Прижалась к матери, с обидой зыркая на отца. Малышка Медуза заупрямилась — и огребла пониже спины тяжкой отцовской ладонью. Захныкав, она бегом присоединилась к сестре. В воротах объявились Алкей с Лисидикой. — Это все твое, сынок? — Мое, мама. Наше! — Ты стал совсем взрослый… Лисидика глядела на сына с гордостью и удивлением. «Неужели это ты? — читалось на материнском лице. — Мужчина, воин? Победитель? Давно ли я заставляла тебя взять в Аргос новый хитон, чтоб ты не выглядел голодранцем…» — Проезжай, не задерживай! — деловито распоряжался советник Филандр. — Добро — в кладовые, там уже ждут. Овец — на северный выгон, к пастухам. Лошадей — на Пирейскую луговину… Куда прешь! Сказал же: скотину — к пастухам! Да не тебя, болван, а коров! Передайте, чтоб с нашими не смешивали. Посчитать надо будет… Смех, крики, грохот телег. Ржание лошадей и мулов. Запахи конского пота, дегтя, свежего навоза. Радуга тканей и одежд, навалом лежащих на повозках. Амфоры с вином. Мешки с пшеницей и просом. Солнце подмигивает с пузатых боков чаш и кубков, с панцирей и шлемов. Медь, бронза, серебро. Золото. |