Книга Золотой ворон, страница 88 – Тисато Абэ

Коумэ замолчала. Она смотрела на выражение лица юноши, и ее улыбка гасла на глазах.

— Юкия… – Теперь ее голос звучал совсем иначе, он дрожал от волнения. – Ты почему так смотришь?

— Это письмо нашли на теле человека, которого мы считаем твоим отцом.

Большие глаза Коумэ моргнули раз, другой.

— На теле? – пробормотала она, не понимая, и вдруг ахнула: – Нет!

— Мы еще не подтвердили его личность, потом попросим тебя посмотреть.

— Нет! – Коумэ явно с трудом верила в то, что случилось.

Юкия рассказал, что ее отец, видимо, решил сам сдаться, но, поскольку понимал, что в Тюо его могут убить, написал это письмо.

Прочитав его, Коумэ была поражена.

— Невероятно. Неужели этот мерзавец умер, пытаясь меня защитить?

Юкия склонил голову:

— Мои соболезнования.

Но и после этого Коумэ не залилась слезами. Она лишь повторяла, не в силах принять реальность:

— Не может быть. Не могу поверить.

Она вела себя совсем иначе, когда ей пришлось приблизиться к телу человека, завернутому в ткань, в окружении настороженных воинов.

Бросив взгляд на покойного, девушка с искаженным лицом воскликнула:

— Батюшка!

С воплем она кинулась на тело мужчины, гвардейцы изо всех сил пытались ее удержать, а Юкия и остальные наблюдали, не в силах ничего сделать.

После этого провели расследование, и другие люди подтвердили, что подвешенный на мосту действительно являлся продавцом воды Дзихэем. Рокон считал, что Дзихэя после пыток убили люди из Таниай.

— Они с давних времен использовали мост перед воротами Тюо-мон для того, чтобы сделать кому-нибудь предупреждение.

Таково было наказание за любое нарушение правил Подземного города, и его совершали так, чтобы любой видел и знал, что ждет того, кто совершит ту же ошибку.

Письмо было адресовано дворцовому ведомству, которое распространило листовки по всей Ямаути. Желая спасти дочь, Дзихэй собирался сдаться двору. Однако еще в окрестностях Тюо его могли поймать головорезы из Подземного города, чтобы выпытать все о «Черепке отшельника». Возможно, опасаясь такого исхода, он и написал это признание.

Все началось, когда Дзихэй в поисках денег зашел к такому же, как он, торговцу водой, который был ему чем-то обязан. Но этот торговец бросил свой пересохший колодец и разорился, а его дом опустел. Однако в этом колодце, в отличие от своего собственного, действительно совсем сухого, Дзихэй увидел немного воды. Он вспомнил ритуал богослужения, который когда-то совершал дома, и, следуя какому-то капризу, поставил у колодца подношение. И кто бы мог подумать? Из колодца раздался голос, который в благодарность за подношение дал ему «Черепок отшельника».

Сначала Дзихэй посчитал, что с ним говорил сам бог колодца, поэтому без всяких сомнений продал «Черепок отшельника». Желая получать больше снадобья, он приносил к колодцу все более роскошные подношения, и как-то раз голос потребовал женского мяса. Тут Дзихэй наконец понял, что обладатель голоса не божество, а страшное чудовище, оказавшееся обезьяной-людоедом.

Но делать было уже нечего, подчиняясь обезьяне, он стал нападать на девушек в Тюо и сбрасывать их в колодец. Мало того, ему пришлось везти обезьян в провинцию «на охоту», и в конце концов Дзихэй захотел все это прекратить. Тогда же он узнал, что привлек внимание Подземного города. Сочтя это удачным случаем, он решил устроить последнюю «охоту» в Суго, надеясь разорвать отношения с обезьянами.