Книга Да здравствует ворон!, страница 70 – Тисато Абэ

Всем было так весело – и вдруг все переменилось. Масухо-но-сусуки чуть не плакала.

— Что произошло?

— Бабушка госпожи Сихо при смерти.

Масухо-но-сусуки ахнула.

Пожилая женщина добралась сюда из мира людей, чтобы забрать внучку домой. Девочка холодно отказалась, но та, оказывается, не бросила свою затею и остановилась в доме тэнгу.

— Неизвестно, оправится ли она.

Узнав об этом, Сихо сказала Цубаки, что хочет пойти и навестить бабушку. Тот же, заподозрив, что девочка может не вернуться, отказал ей и жутко разозлился. Масухо-но-сусуки никак не могла понять его.

— Госпожа Сихо любит Ямагами-сама. Она бы наверняка вернулась.

— Я тоже так думаю. Но сейчас с ним нет смысла разговаривать.

Вспомнив, в какое чудовище превратился Цубаки, Масухо-но-сусуки содрогнулась.

— И что теперь будет?

— Не будем терять надежду. Я подожду немного и снова поговорю с ним. Все изменилось, – тихо ответил Надзукихико. – Мы теперь не боимся его, да и он, когда немного остынет, должен к нам прислушаться. Я надеюсь.

Он вдруг отвел глаза.

— Да, кажется, я ошибался.

Когда Надзукихико загорелся идеей найти имя бога, Сихо сказала ему, что бессмысленно просто искать прежнее имя и нужно обратиться к душе нынешнего Ямагами.

И правда, даже услышав нужное, как они думали, имя, Цубаки не изменился, а вот малейшее разногласие тут же разбудило в нем зверя. Вернуть ему прежний облик могло только доверие, которое уже возникло между ними, и это должен был понимать и Надзукихико.

Масухо-но-сусуки не стала его утешать. Некогда было тужить, их ждала уйма дел.

— Что ж, тогда вы, Ваше Высочество, займитесь Цубаки. А я схожу посмотрю, как там госпожа Сихо.

— Ты отправишься на территорию обезьян?

— Если ее заперли там, в глубине, она может простудиться. Нужно ее как-то согреть.

Надзукихико чуть заколебался, но неохотно кивнул.

— Сейчас здесь неспокойно, будь осторожна.

* * *

Масухо-но-сусуки собрала немного еды, верхнюю одежду, взяла одеяло, которое Надзукихико принес из внешнего мира, и отправилась к обезьянам.

Добраться до темницы, где держали Сихо, оказалось непросто. Стоило немного углубиться в тоннель, как ее остановили помощники Оодзару. Она пыталась узнать у них, где держат Сихо, но те лишь равнодушно смотрели на нее, так что она даже засомневалась, понимают ли они ее речь.

Масухо-но-сусуки не знала, что там, дальше. Вероятно, логово обезьян, но насколько большое и сколько там обезьян? Если Сихо увели туда, куда не могли пробраться даже Ямаути-сю и молодой господин, вряд ли она найдет ее своими силами. Она продвинулась еще вперед, повернула то в одну сторону, то в другую, уклоняясь от встречи с обезьянами, побродила вокруг – и вдруг услышала чей-то плач. Однако и тут сторож молча преградил ей путь.

Масухо-но-сусуки была в отчаянии.

— Я вовсе не собираюсь делать что-то плохое. Но в темнице холодно. Хотя бы передайте госпоже Сихо это. Пожалуйста!

Сколько она ни умоляла, обезьяна лишь злобно смотрела на нее и угрожающе рычала. Видя, что даже силой прорваться не выйдет, Масухо-но-сусуки совсем растерялась.

— Что тебе нужно?

Из-за спины сторожа выдвинулась огромная согбенная фигура Оодзару. Девушка удивилась, но ей не хотелось, чтобы обезьяна поняла, что ей страшно.

— Я принесла одежду для госпожи Сихо. Женщинам нельзя переохлаждаться! – отважно заявила она, однако Оодзару стоял неподвижно и лишь глядел на нее.