Книга Разъяренный дракон, страница 269 – Цинхань Цэцэ

На плечи ей упали лучи солнца, прорвавшиеся сквозь облака.

Окруженная, лишенная Сияющего луча и сети, А-Нань осталась одна. Товарищи, которых она прикрыла, уже давно исчезли из виду. Но она, вскинув голову, стояла на доске, покачиваясь на сверкающей воде, позволяя ветру сушить мокрую одежду и волосы, и в глазах у нее не было страха. Зная, что нет ни малейшего шанса выбраться, А-Нань все равно стояла с ровной спиной. Окружавшие ее солдаты, устрашенные видом девушки, не решались нападать.

— Кто эта ведьма? До чего отчаянная! – выругался ван Хань и поторопил Фу Чжуня поскорее приступить к захвату.

Гул раковины прозвучал в третий раз, низкий, словно стон кита. С неба надвигалась последняя сеть. На всех лодках вокруг солдаты закрыли лица, не оставляя ни клочка открытой кожи. В руках у каждого был стальной цилиндр, направленный на А-Нань, из нескольких уже сочился легкий черный дым.

— Черный дурман… – машинально прошептала А-Нань.

Это был один из секретных рецептов мастерской Чжоцяо. Даже задержав дыхание, стоило лишь частице дыма коснуться кожи – и бессмертному небожителю не удержаться на ногах. А она, одиноко стоящая посреди моря, тем более была беззащитна.

Фу Чжунь, стоя на палубе, безучастно наблюдал за разворачивающейся внизу сценой и медленно поднял правую руку. Ветер крепчал. Клубы черного дыма вместе с вихрем, поднятым стрелами и нитями сети в небе, вот-вот должны были со всех сторон обрушиться на А-Нань. Она была в ловушке. Еще один сигнал раковины – и она будет схвачена.

Но в тот миг, когда рука Фу Чжуня уже готова была опуститься и подать знак, на море вдруг распустился сноп ослепительных искр. Это были озаренные солнцем осколки нефрита и жемчуга, ослепительно сверкая, они расползались по морю. Тонкие, как крылья цикады, бесчисленные лепестки нефрита, долетев до А-Нань, вдруг снова понеслись в разные стороны. Ударяясь один о другой, круглые и дугообразные осколки дрожали, резонировали. Усиливая друг друга, они уносились в разных направлениях, толкая вперед следующий осколок, и кружились, кружились без конца.

Воздух наполнился нежным, звенящим перестуком, мелкие искры перекликались с солнечным светом и отражением в воде. Ближайшие к А-Нань солдаты, на миг ослепленные вспышкой, вдруг почувствовали резкую боль в запястьях. Раздался грохот – это стальные цилиндры попадали на палубы и в воду.

Отрубив запястья у солдат первого кольца окружения, осколки заметались из стороны в сторону, закружившись в сверкающем вихре и хаотично сталкиваясь друг с другом, разрушив изначальный четкий рисунок. Но тут с внутреннего круга, наискось, налетели другие осколки, точно поддевая их, внешний круг, напитанный этим импульсом, расширился во все стороны.

В мгновение ока огненный цветок вокруг А-Нань разросся еще на один круг. На лодках во внешнем кольце окружения раздались крики, слившиеся в сплошной гам, брызнула кровь, и все стальные цилиндры попадали вниз.

Увидев окружающее ее сияющее кольцо, А-Нань на миг опешила, потом резко подняла голову туда, откуда шел свет. Прорвавшись сквозь потерявшие строй судна, в самую гущу атаки врезалась маленькая быстроходная лодка. На ее носу возвышалась подтянутая мощная фигура, облаченная в пурпурный шелк с золотыми драконами – Чжу Юйхэн.