Книга В моем болоте утонула ведьма, страница 55 – Молли О'Нилл

— Это очень любезно, мастер Марш, но я пришла с другой целью. Хотя Турх Труйта не сравнить с Ольховым королем, он все-таки очень опасный противник, о котором уже много веков слагают легенды. Боюсь, что никто из вас не охотился даже на обычных вепрей. Права ли я в своем предположении?

Я кивнула:

— Они раньше приходили на водопой к моему озеру, но с тех пор, как деревня разрослась, я их не видела. И даже в старые дни я никогда на вепрей не охотилась.

— Так я и думала. – Леди Крейдиладд помолчала. – Я искренне желаю вам удачи в вашем предприятии и думаю, чем могла бы помочь. И долг, и любовь не дают мне покинуть Двор. И даже если бы я отправилась с вами, едва ли принесла бы много пользы. Но все же я могу внести свой вклад. Примите от меня три дара, ибо три – самое волшебное число.

— Леди Крейдиладд, мы никогда бы… – начал было Бракус.

— Прошу вас, мастер Марш, я ведь от чистого сердца.

Бракус замолчал, а королева продолжила:

— Первый мой дар – это знание. Турх Труйт во многом непредсказуем, но кое в чем и постоянен. Каждый год при смене сезонов и на солнцестояние, зимой и летом, он возвращается в одни и те же места. Через десять дней весеннее равноденствие, и вепрь чувствует переход от тьмы к свету. Он пойдет в Гластонбери через Мендипские холмы^[33]. Если хотите поймать его как можно скорее, то лучше всего подстеречь Турх Труйта в ущелье Чеддер.

Бракус достал кусок пергамента и стал набрасывать углем заметки.

Королева продолжала:

— А это второй мой дар.

Леди Крейдиладд подняла руку и вынула из своих волос серебряный гребень.

— Соберите им яд со шкуры Турх Труйта. Этот гребень – гномьей работы, и в нем особая магия. Он лучше впитает яд, чем изделие смертного ювелира.

Леди Крейдиладд отдала гребень ведьме, и та покрутила вещицу в руках. Мне было видно, что гребень серебряный, гладкий, очень красивой работы.

— И наконец, одно из моих величайших сокровищ, – вздохнула королева, – если только можно его называть своим.

Она поднесла пальцы ко рту и залихватски свистнула.

Сначала ничего не произошло – только эхо раскатилось от свиста. Потом из леса за нашей спиной донесся какой-то шорох. Я обернулась, и тут из-за дубов выскочил огромный пес. Он вприпрыжку, с радостным лаем подбежал к королеве, а та засмеялась и протянула руку. Пес подошел вплотную, склонил голову, принимая ласку, и завилял хвостом.

— Это Кавалл^[34], – пояснила королева, почесывая пса за ушами. – Величайший из всех гончих в мире. Он был так хорош на Охоте, что муж мой взял его к себе, и, пока он держит пса при Дворе, Кавалл не умрет. В тот единственный раз, когда поймали Турх Труйта, его настиг именно Кавалл. Возьмите его с собой, он будет рад вновь погнаться за вепрем.

Я посмотрела на пса. Он был огромный: леди Крейдиладд, сидя на земле, смотрела на него снизу вверх и смеялась, а пес, наклонившись, лизал ей уши. Я мало встречала собак, кроме черно-белых деревенских овчарок, но Кавалл был совсем на них не похож: поджарый, мускулистый, длинноногий и длинномордый, пегого окраса, с белыми пятнами на шее и хвосте. Он с любопытством осмотрел нас, подошел к Темперанс, уселся рядом, положил голову ей на колени и зевнул.

Ведьма засмеялась и принялась гладить пса. Леди Крейдиладд тоже улыбнулась.

— Вот хорошо, как вы быстро подружились!