Книга Король старьевщиков, страница 70 – Кассандра Клэр

Кел угрюмо посмотрел на него.

— Разве агентам Короля Старьевщиков разрешается действовать на Горе?

— Мы пришли сюда не по приказу Андрейена, – ответил Меррен. Золотые волосы упали ему на глаза, и он заправил их за уши. – Мы хотим выяснить кое-какие факты, только и всего.

— Ну так вот: я ее не видел, – отрезал Кел. – Магали обычно повсюду сопровождает Антонетту, а Антонетты тоже нигде не видно. Но знаешь, кого я видел? Артала Гремонта.

Меррен по-прежнему не смотрел на Кела, но его лиор пронзительно взвизгнул.

— Он меня не узнает, – пробормотал Меррен. – Прошло много лет. В любом случае он видел меня только один раз, из окна кареты.

— Все равно. Он находится в одном доме с тобой, ты уверен, что…

— Если ты ищешь демуазель Аллейн, – перебил его Джеррод, – то она вот за той занавесью.

Он указал на какую-то занавесь из шелка цвета слоновой кости со множеством складок; Кел решил, что за ней, наверное, скрыта дверь. Он нахмурился, глядя на Джеррода.

— Ты уверен?

— Совершенно уверен. Она уже давно там прячется.

Кел собрался было спорить, но решил, что в этом нет смысла. Он уже и без того слишком долго мелькал около сцены; скоро люди начнут интересоваться, что же он там делает, подумал он. И потом, он знал, что Джеррод очень упрям; вряд ли ему, Келу, удастся уговорить этих троих покинуть дом. Они зашли слишком далеко.

Кроме того, Кел признался себе, идя к занавеси, что его интерес к Антонетте был сильнее опасений за судьбу Джеррода, Джиан и Меррена. Он поставил бокал, к которому так и не прикоснулся, на золоченый бронзовый столик и, быстро оглядевшись, чтобы убедиться в том, что на него никто не смотрит, скрылся за шелковой драпировкой.

Он увидел Антонетту не сразу: занавесь была плотной, и свет люстр почти не проникал сквозь нее. Но он почувствовал аромат ее парфюма. Лаванда и мед. Кел сделал несколько шагов по «туннелю» между занавесью и стеной. Антонетта обернулась и удивленно взглянула ему в лицо. Ее глаза были огромными.

— Ой, – прошептала она. – Я думала, это Лин. – Она нахмурилась. – Что ты здесь делаешь?

Кел не мог говорить. Она была так прекрасна, что ему стало больно. Она была одета в темно-розовый цвет семьи Аллейн, в тесное платье, которое обнимало ее, как руки возлюбленного. На волосах блестела золотая сетка, украшенная алмазами, а зрачкам она с помощью особых капель придала форму ромбов. С золотого колье, украшенного рубинами, к поясу тянулись тонкие цепочки. Цепочки лежали на груди, видневшейся в вырезе шелкового платья. И Кел невольно представил ее обнаженной, представил, как она поднимается из ванны в одном этом колье, словно Богиня Керра, выходящая из моря, чтобы соблазнить Айгона, Бога морей.

— Я спросила, – прошептала Антонетта, – что ты здесь делаешь? Это Лин сказала тебе, где меня найти?

— Я сегодня не видел Лин, – ответил Кел, радуясь тому, что за занавесью царит полумрак, и девушка не видит выражения его лица. – Кстати, я мог бы спросить тебя о том же. Уверен, что твое присутствие на этом вечере должно быть более… очевидным.

Она сердито уставилась на него.

— Позволь, я угадаю, – продолжал он. – Ты смирилась с тем, что тебе придется стать женой Гремонта. Но сейчас, когда он приехал, и ты увидела его снова, тебе пришлось встретиться лицом к лицу с кошмарной реальностью. Мне очень жаль, но ты не можешь всю оставшуюся жизнь после свадьбы прятаться за этой занавесью.