Книга Ловец Мечей, страница 132 – Кассандра Клэр

Кел потер щеки, и у него возникло странное ощущение – как будто он прикасался к чужому лицу. Он не брился несколько дней, и щетина царапала ладонь. Он не помнил, когда в последний раз отращивал щетину. Конор всегда тщательно брился, и Кел, естественно, делал то же самое.

— Дельфина разволновалась из-за тебя, сказала, что ты начал срывать с себя повязки, словно безумец, – продолжал Конор и рухнул в кресло, стоявшее рядом с кроватью Кела.

— Чешется, – объяснил Кел.

Он чувствовал себя немного неловко, и это ему не нравилось. Он не привык ощущать неловкость в обществе Конора. Но воспоминания о событиях в переулке неподалеку от Ключа становились все более четкими. В ушах звучал голос Джеррода: «Теперь вы принадлежите Беку с потрохами, Аврелиан».

Кел поморщился, и Конор наклонился к нему, взял его за подбородок, приподнял его голову, всмотрелся в лицо.

— Как ты себя чувствуешь? Позвать Гаскета?

— Нет, не надо, – отказался Кел. – Я бы хотел умыться и что-нибудь съесть, необязательно в таком порядке. А уж потом пусть Гаскет приходит и издевается надо мной. – Он нахмурился. – Та девушка-врач, которая занималась моими ранами, – она была внучкой Майеша?

— Она до сих пор ею является, насколько мне известно.

Удостоверившись в том, что Келу в ближайшее время ничто не угрожает, Конор снова откинулся на спинку кресла. Он говорил легкомысленным тоном, но Кел почувствовал неладное: маска, которую Конор обычно носил на людях, скрывала какие-то сильные эмоции. Немногие были способны видеть, что на самом деле творится у него в душе; даже Кел мог лишь догадываться об истинных чувствах принца.

— Ашкарская женщина-врач, – продолжал принц. – Майеш намекнул, чтобы мы не распространялись об этом.

— Он редко говорит о Солте.

Образ Лин обретал четкие очертания. Невысокая стройная девушка с огненными волосами и ловкими, искусными руками. Суровый голос, почти как у Майеша. «Отойдите. Мне нужно сконцентрироваться. Сейчас вы должны оставить меня наедине с пациентом».

Никто никогда не разговаривал с Конором в таком тоне. Интересно. Кел постарался это запомнить.

— Келлиан, так что с тобой произошло? – нетерпеливо воскликнул принц. Было ясно, что он уже несколько дней ждал этого разговора. – Я сказал тебе, чтобы ты пошел и напился у Ровержа, а через несколько часов узнаю, что ты ранен и тебя бросили у ворот дворца, как мешок картошки. Кто тебя сюда привез?

— Понятия не имею.

Кел смотрел на свои руки, чтобы принц по выражению его лица не догадался о том, что он лжет. У него оказалось сломано несколько ногтей. Он помнил, как пытался ползти по мостовой, помнил скользкие, черные от плесени камни. Помнил гадкий запах – такой запах появляется в доме, когда где-нибудь в щели издохнет мышь. При воспоминании об этом Кел ощутил рвотные позывы.

— Я валялся на земле в каком-то вонючем переулке, – медленно произнес он. – Думал, что там и умру. А потом очнулся в этой комнате.

— Что ты вообще делал в городе? – требовательно спросил Конор.

Нет, он не то чтобы требовал ответа. Просто Конор привык знать, где находится Кел в любое время дня и ночи; он не мог даже вообразить, что у Ловца Мечей могут быть какие-то свои тайны. Вот почему Кел до сих пор был так зол на Короля Старьевщиков; наверное, именно поэтому он чувствовал себя странно в квартире Меррена. Потому что теперь ему приходилось обманывать Конора.