Книга Хаски и его учитель Белый кот. Книга 3, страница 161 – Жоубао Бучи Жоу

Вода в кадке обжигала, но не настолько, чтобы нельзя было потерпеть.

Чу Ваньнин опустил в воду босые ноги с округлыми пальцами и выступающими косточками на плавных изгибах лодыжек. Кожа на его ступнях, давно не бывавших на солнце, была такой белой, что казалась почти прозрачной.

Взглянув на его ноги, Мо Жань вдруг подумал, что, пожалуй, они красивее и белее, чем у всех этих нежных прелестниц царства Шу.

Пока Чу Ваньнин парил ноги, Мо Жань сидел за столом и читал книгу, которую взял с собой с пика, – скучный трактат об исцеляющих даосских техниках. В доме стало тихо настолько, что они оба невольно начали дышать медленнее и тише, дабы другой не услышал. Тишину в комнате, освещенной одной лишь свечой, нарушал лишь тихий плеск воды, раздававшийся, когда Чу Ваньнин менял положение ног.

— Я попарил ноги, и они больше не ноют. Можешь возвращаться к себе.

Но Мо Жань уходить не собирался: он больше не верил Чу Ваньнину, когда тот произносил что-то вроде «не больно» или «терпимо». Отложив книгу, он опустился на одно колено у постели Чу Ваньнина и схватил его за ногу, которую тот не успел отдернуть.

— Я вернусь к себе, когда разомну вам ноги, – не допускающим возражений тоном сказал Мо Жань, твердо глядя ему в лицо.

Чу Ваньнину жутко хотелось хорошенько пнуть ученика, чтобы поскорее проваливал из его комнаты и перестал своевольничать.

Но сильная рука Мо Жаня цепко удерживала его ступню, прижимаясь к коже мозолистым подушечками и ложбинкой между большим и указательным пальцами. Распаренные ноги Чу Ваньнина стали гораздо чувствительнее, и от прикосновения Мо Жаня ему стало очень щекотно. Теперь пришлось сделать надо собой усилие, чтобы не засмеяться. Так он упустил возможность проявить строгость и прогнать Мо Жаня.

Мо Жань уже опустил его ступню себе на колено и принялся тщательно ее разминать.

— Учитель, вам, наверное, было холодно работать в поле, да? – спросил Мо Жань, не отрываясь от своего занятия.

— Сносно.

— И под ногами были одни гнилые листья да сухие стебли… Глядите, вот тут царапина.

Чу Ваньнин взглянул на свою правую ногу – на ней и впрямь обнаружилась пустяковая ранка.

— Всего лишь маленькая царапина. Я ее даже не чувствую.

— Я взял с собой целебную мазь для ран, – сказал Мо Жань. – Подождите немного, учитель, я ее принесу и помажу вам ступню. Эту мазь изготовила тетушка, и она очень хорошо заживляет, за ночь все пройдет.

С этими словами он тут же умчался к себе. Его жилище находилось прямо напротив дома Чу Ваньнина, через дворик, всего в десятке шагов, поэтому он очень скоро вернулся с горшочком душистой мази.

— Тебе все лишь бы по-своему делать, да?

— Нет, просто, если ранка загноится, потом проблем не оберетесь. Давайте ногу, учитель.

Чу Ваньнин был ужасно смущен. Ноги всю жизнь были для него очень интимной частью тела; он всегда был безукоризненно одет и обут и уж точно не привык разгуливать по округе босиком. Его ног никогда не касался даже чужой взгляд, не то что чужие руки.

Именно потому, что Чу Ваньнин совершенно не представлял, каково это, когда тебе разминают ноги, он и позволил Мо Жаню помассировать ступни. Он даже представить себе не мог, что после массажа наступит такое приятное расслабление, а в груди начнется покалывание, будто сердце грызут муравьи. Из-за этих ощущений он заметно колебался, прежде чем снова протянуть ученику стопу.