Книга Хаски и его учитель Белый кот. Книга 3, страница 72 – Жоубао Бучи Жоу

Целая армия призрачных стражников промчалась мимо нее бурлящим потоком в погоне за беглецами.

— Так об этом давно все знали? – пролепетала девушка трясущимися губами. – Четвертый Владыка… сам все понял? И я… я не первая? И награды… тоже не будет? Но я же…

Все ее радужные мечты о славе и богатстве со звоном рухнули на землю и раскрошились под сапогами бешено мчащихся вперед призрачных солдат.

Какое-то время Жун Цзю сидела неподвижно, глядя в пустоту, а затем, будто обезумев, вдруг вскочила на ноги и понеслась следом за стражниками, как слабый, хрупкий, жалкий, но не желающий смириться со своей горькой судьбой мотылек, что стремится к огоньку свечи навстречу смерти.

Жизнь Жун Цзю никогда не была легкой.

В последнем воплощении эта девушка, пленница веселого дома, не видела ничего, кроме крошечной комнатушки, в которую никогда не проникал свет солнца, – конуры, где из-за густого дыма от курильницы день ничем не отличался от ночи.

Она жила в вечной тьме, в ночи, которая, казалось, никогда не сменится рассветом. Ради лучика призрачной надежды на светлое завтра Жун Цзю была готова поступиться своим достоинством, телом, лицом, совестью и добрым началом – словом, всем, что у нее было.

Ради тонкого лучика света она была готова броситься в огонь.

— Подождите! Подождите меня! Господин бессмертный Чу, спасите!..

— Схватите эту женщину! Она покинула павильон без разрешения! Схватите и доставьте к Четвертому Владыке, его светлость лично допросит ее!

— Нет… Нет, не надо! – Белые бескровные пальцы Жун Цзы отчаянно царапали землю. Прическа девушки растрепалась, и некогда прекрасные черты миловидного лица выглядели в свете печальной луны по-настоящему жутко.

Выпучив глаза, она билась в руках стражников и кричала:

— Не надо! Господин бессмертный Чу, помогите мне!

Через пару мгновений она же истерически завопила:

— Это я первая все поняла! Я первая нашла живого человека! Я! Вы не можете так со мной поступить! Да без меня вы бы никогда их не нашли! Вы все просто хотите присвоить мои заслуги, забрать себе мою награду!

Жун Цзю поволокли прочь, и ее безумные крики очень скоро потонули в топоте множества ног…

Пусть Чу Ваньнин и не мог слышать, что именно кричала Жун Цзю, после случившегося он и без того все прекрасно понял: там, на складе, девушка намеренно старалась его разозлить, чтобы он сцепился со своим учеником и она получила возможность улизнуть и донести на них.

Когда дело касалось самого Чу Ваньнина, он никогда ничего не предпринимал, не подумав перед этим трижды; но в тот момент речь шла о Мо Жане, поэтому он тотчас растерял все свое хладнокровие и уже после пары фраз купился на дешевый трюк девицы. От досады на самого себя Чу Ваньнин едва не задымился.

Он взглянул в спину бежавшему впереди Мо Жаню и, не выдержав, спросил:

— Так ты… ты бывал в тереме Сяньтао после наказания?

Мо Жань даже споткнулся, внезапно услышав почти позабытое название.

— Вот же дрянь эта Жун Цзю! – в ярости выругался он. – Бывал ли я потом в тереме Сяньтао? Да как я мог снова туда пойти?! Учитель, значит, вот из-за чего вы так сердились на меня и говорили, что я вас обманул?

Чу Ваньнин промолчал.

— После того наказания на террасе Шаньэ я больше никогда не бывал… в подобных местах. Я не лгал вам, учитель. Если вы мне не верите, можете взять Цзяньгуй, связать меня и допросить.