Книга Двенадцать королей Шарахая, страница 217 – Брэдли Бэлью

Чеда взяла у него бокал и кивнула на подушки у здоровенной костровой чаши посреди комнаты. Они сели рядышком, попивая вино. В нем слышались нотки смородины, перца и чего-то еще, странно металлического.

Чеда взяла израненную руку Эмре в свою, поцеловала ее и принялась рассказывать о цветущих садах, о том, как приползла оттуда к Дардзаде, как проснулась в странном подвале и сбежала, ранив хозяина. Теперь-то она понимала, что Дардзада вряд ли собирался отрезать ей руку, просто отнес в безопасное место. Стыдилась того, что напала на старика, но в тот миг она плохо отличала свои страхи от реальности. Она рассказала о том, как блуждала по городу, как яд едва не убил ее, как Дардзада, переодевшись проповедником, привез ее к Обители Дев. О днях, полных боли, о Заидэ, сдержавшей яд татуировками. О визите к Зеленоглазому Королю и его огромном дворце, о Найян, чье место Чеда заняла в длани Сумейи. Рассказывая ему об атаке на Дев, она всматривалась в лицо Эмре и увидела то, что надеялась увидеть: стыд, тень огорчения.

Она догадывалась, что он все-таки с этим связан, и его лицо было явным тому подтверждением, но ничего не сказала. Перешла к рассказу о бое Хусамеддина и Сумейи, закончив неудавшимся посвящением в Солнечном дворце. Боги всемогущие, как столько всего могло случиться за такое короткое время? Словно целая жизнь прошла за пару недель.

Эмре подлил им еще вина и с открытым ртом слушал о Дочери Реки.

— Ты – и с черной саблей… Странные шутки у богов.

— Это точно, – ответила она. – А завтра пойду в цветущие сады, на суд асиримов.

— Но ты же не останешься с ними, так? Давай сбежим прямо сейчас, спрячемся. В городе легко затеряться.

— Я не могу, ты же знаешь. Они все равно меня найдут.

— Тогда давай сбежим в пустыню. Мы же всегда хотели походить под парусом.

— Нет, Эмре. Боги даровали мне единственный шанс, я не могу просто так все бросить.

— Но асиримы могут тебя убить!

— Могут, – кивнула она. – Но я хочу снова найти того, который меня поцеловал.

— Ты себя-то слышишь? Может, ты никогда больше не увидишь этого асира, а что с тобой сделают другие, неизвестно.

— Я знаю. Я в последние дни вообще больше ни о чем не думаю! Но мы можем умереть в любую минуту. Что, если завтра тебя найдут Серебряные копья?

— Это другое.

— Почему другое?

Эмре нахмурился, явно не желая отвечать.

— Хорошо, допустим, асиримы тебя одобрят. И что дальше? Пойдешь к Королям как Дева и попытаешься убить? Что-то мне кажется, они будут против.

— Аль'Амбра говорит: «Узнай своего врага, как самого себя».

— Да, но она не говорит спать под его крышей и поднимать кубок в его честь. Это опасно, Чеда.

Чеда рассмеялась.

— Смотрите, кто об опасности заговорил! Думаешь, я не знаю, кто ты теперь?

— Кто я теперь?

Чеда понизила голос.

— Ты участвовал в атаке на Обитель Дев. Или на Вешди. Или и в той, и в той!

Эмре помедлил, подбирая слова.

— Меня там не было, если ты об этом. Я думал, что ты мертва. И… ты же не пострадала?

Я нет. Но вот другие…

— Что это ты внезапно о Девах стала беспокоиться?

— Девы тут не при чем. Я беспокоюсь о тебе. – Она заглянула в его большие карие глаза, пытаясь отыскать Эмре, которого когда-то знала. – Ты изменился.

— Мои глаза наконец открылись.

— Нет, не то. Ты делаешь вещи, которых еще год назад не сделал бы.